Значит, ей он улыбается, а мне только сухо командует, чтобы я села и поехала с ним?! Ну, конечно! Меня ведь нужно выпроводить, чтобы я не мешала нормальному мужику получить от жизни всё. В том числе и оргазм, а не облом. Уверена, цветочница его этим обеспечит."
"Всю дорогу до дома, удерживая спящего сына на руках, я давилась одним единственным вопросом, который так и не смогла произнести вслух: это месть за ту ночь или с той цветочницей всё серьёзно?
Жора смотрел строго перед собой, на дорогу. Лишь пару раз взглянул в зеркало заднего вида, но, сталкиваясь со мной взглядами, снова отводил глаза.
А внутри кипела и бесилась понимания того, что сейчас он доставит нас домой, а сам на еще неостывшем двигателе рванет к ней и, наверняка, не появится до самого утра.
— Давай, я понесу Дениса. У тебя руки устали, — потянулся Жора к моему спящему сыну, едва успел открыть дверцу своего внедорожника у подъезда.
— Я сама, — бросила я холодно и кое-как, не без поддержки Жоры, смогла выбраться из машины и гордо её обойти.
Рядом с внедорожником припарковалась черная иномарка, которая вела наблюдение за нами, когда Жоры не было рядом. Стало понятно, что он точно уедет прямо сейчас и не останется на ночь. На эту ночь у него совершенно другие планы, которые точно в разы веселее нежели сон на кухонном жестком диване.
Жора проводил нас до квартиры, помог открыть дверь и забрал обратно свой пиджак, когда я уложила Дениса в его постель.
— Торопишься к цветочнице? — сорвалось с моих губ, когда Жора нажал на ручку двери, чтобы покинуть квартиру.
Медленно повернув ко мне голову, он улыбнулся уголками губ, и не было понятно, какие эмоции он пытается мне передать, кроме, разумеется, ехидства.
— Спокойной ночи, Варвара, — ответил он почти даже доброжелательно и вышел из квартиры, тихо прикрыв за собой дверь.
Приняв душ и стиснув зубы, я легла спать, но так и не смогла уснуть. До пяти утра, ворочаясь с боку на бок, я то и дело хватала в руки телефон с твердым намерением позвонить или написать одному известному павлину, но сразу бросала эту затею, подсознательно боясь, что мне может ответить не Жора, а та шкура, что на него сегодня вешалась весь день, вечер, а теперь еще и ночь.
К пяти утра, когда мои глаза уже хотели сдаться и закрыться. Замок входной двери щёлкнул. Я понимала, что вернулся Жора, но всё равно прихватила из-под кровати молоток и выглянула из комнаты, готовясь защищать себя, сына и спящую за стеной мать так, будто пришел мой бывший.
