Всунул мне в руки «воздушку», придвинул пластиковую коробочку с пульками и сказал. — Стой здесь, шмаляй и не мешай нормальным пацанам веселиться.
— Но…
— Шмаляй. Выиграешь медведя, научу стрелять из настоящего автомата.
— У тебя есть автомат? — округлились мои глаза. По взгляду Жоры стало понятно, что вопрос мой был крайне глупым. — Хорошо. Постреляю. Но тогда ты за моего сына отвечаешь головой. Если Денис хоть немного расстроится, я найду в себе силы, чтобы убить тебя этой штукой, ни разу не выстрелив, — направила я в его сторону дуло «воздушки».
Жора заплатил аж за тридцать пять выстрелов. В какой-то момент мне стало жалко тощего паренька, который каждый раз отсыпал мне по пять пулек в мелкое корытце, а затем вжимался в стену и, наверняка, молился, чтобы я не попала еще и в него.
Гордая собой, несла в руках медвежонка, которого, всё-таки, смогла выиграть сама. Громкий крик своего сына я узнала из десятка других детских голосов и, не помня себя, побежала туда, откуда он доносился.
Бешенная карусель кружила детей так, будто здесь проходила конкурс «остаться в живых», в котором выживет тот, кто не вылетит с качелей на хлипких цепочках.
— Денис! — крикнула я, намереваясь перелезть через заграждение.
Чьи-то руки поймали меня за талию и прижали к крепкому торсу.
— Успокойся, — тихий шепот у уха. — Он кричал от счастья, а не от страха. Я бы не дал его в обиду.
С трудом нашла в себе силы для того, чтобы успокоиться и увидеть сына, который действительно был счастлив, хоть и испытывал некоторый страх от крутящейся без его контроля качели.
— Вот, — сунула я Жоре в нос плюшевого трофейного медведя. — Научишь меня стрелять из автомата так, чтобы я попала в тебя.
— Зачем в меня? Я знаю, какая мишень тебе нужна. Хочешь, организую?
— А ты можешь?... Так, стоп! — взяла я себя в руки. — Я пошутила, вообще-то. Ты, надеюсь, тоже.
— Надейся, — выдохнул Жора меланхолично и пошёл забирать Дениску.
Уже через пару часов мой сын, побывавший на всех аттракционах, где проходил по росту и возрасту, спал на заднем ряду сидений Жориного внедорожника в обнимку с медведем и с недоеденной сладкой ватой на голове.
На лице его была нарисована мордочка тигра, а на запястьях болтались браслеты, якобы Человека-паука.
Внедорожник остановился на берегу озера — Жора обещал Дениске, что тот покормит уточек, но, похоже, нам придется дождаться момента, когда он проснется.
— Искупаемся? — спросил Жора, мотнув головой в сторону озера. — Голышом.
