— Тебя как звать-то?
Филин сразу приосанился, приподнял клюв и, хищно сверкнув глазами, выдал без запинки:
— Гуглемирион.
Батюшки! «Спела бы, как песню, кабы не выпила настойки», — обычно говорит ба в таких случаях. Я прижала ладонь к губам, чтобы не рассмеяться. Выглядело, наверное, как высшая степень восхищения.
— Так ты Гугл, — всё же хихикнула я. — И знаешь, наверное, много?
Филин насторожился, зыркая на меня из-под пушистых бровей.
— Вообще-то я не люблю, когда моё древнее, между прочим, имя сокращают те, кому лень его произносить.
Но такой глупыхе, как ты, пока можно. И знаю я уж побольше твоего!
— О’кей, Гугл, — согласилась я с невозмутимой миной. — А что ты знаешь обо мне?
А вдруг он в курсе всего? Ну, то есть — вообще всего? Даже того, чего я о себе не знаю…
«Мне о тебе никто не рассказывал. Но я чувствую… — щуря круглые глаза, ответил филин. — Твоя душа из другого мира — это очевидно. Но дерево не стало бы давать шишку кому зря. Значит, в тебе заложено много силы и эта сила для чего-то предназначена.
Только, судя по всему, управлять ей ты не умеешь. В этом и проблема. Овладеешь силой, сумеешь найти путь домой».
— Это всё? — усомнилась я. — Как-то негусто. Где прежняя Эйлин, ты не знаешь случаем? Где теперь моё родное тело?
«Я, вообще-то только сейчас в человеческом мире оказался. Да ещё и в таком унизительном виде! — фыркнул Гугл, начиная злиться. — Мне бы ещё месяцок отлежаться, если бы кое-кто по глупости не решил меня продать! Где там твоё тело, я не знаю.
С переселением из других миров не знаком. Но ты маг стихии, другому дерево не стало бы отдавать шишку. И когда ты докажешь, что достойна, я отведу тебя к тому древу, что покажет тебе путь домой. Я всего лишь семечко и пока не обладаю и сотой долей их мудрости. Они знают гораздо больше и ведают все токи магии».
— А сейчас ты меня отвести к эту дереву не можешь? — уточнила я на всякий случай.
Надежда, знаете ли.
«Вот же торопыга какая! А поучиться, а терпение проявить? Слово усидчивость тебе тоже, полагаю, не знакомо? — так и фонтанировал ехидством филин.
— Я не знаю, какое из них откроет тебе путь. Но я пойму, когда придёт время».
Время, время… Я и так провела его здесь слишком много. Наверное, в моём мире меня уже сочли без вести пропавшей. Или лежу где-нибудь в больнице в коме — страх какой! Признаться, такие сны мне приходили в первые пару месяцев здесь. Я просыпалась вся горячая, словно у меня начался жар.
