Я замерла в стороне, наблюдая за происходящим и сама ещё не совсем понимая, к чему это всё идёт.
— Я привык идти к поставленной цели многими путями, дорх Ардер. Если это оправданно. Но сейчас пока не возьму в толк, что вы имеете в виду? Если от меня для вас требуются какие особые и секретные услуги… Я готов выслушать вас со всем вниманием.
Он даже позволил себе ещё раз улыбнуться, но улыбка, дрогнув, сползла с его лица, как не успевшая высохнуть краска.
— Нет, вопрос тут в другом, — Двэйн пошевелил какие-то бумаги на столе.
— К сожалению, я вынужден подозревать вас в самых низких намерениях относительно лиэсы О’Кин. И не могу оставить это без внимания, ведь она моя ученица и помощница. На вчерашнем балу случилась одна гнусная неприятность. Которая могла окончиться весьма плачевно. И боюсь, вы в её исходе были заинтересованы больше других.
— Я не… понимаю, — развёл руками Мактал, покосившись на меня. — Совершенно не понимаю, о чём вы, дорх Ардер. Думаю, лиэса О’Кин нарочно могла оговорить меня.
Признаться, мы до сих пор не сходимся с ней во мнениях по некоторым вопросам. Но я готов бороться за её благосклонность! Сколько угодно долго!
Какой благородный, с ума сойти можно! Где там нимб над его головой, не вижу? Что-то в глаз попало… Ах, это же лицемерие, точно!
Ведь вся борьба этого пылкого кавалера до сих пор сводилась только к шантажу и угрозам. На этом фоне цветы, которые претемнейший отправил мне тайно выглядели ну просто до крайности романтично.
Двэйн Ардер и романтика… Это какой-то оксюморон, ей богу! Но ещё меньше это понятие подходило Уэну Макталу.
— Вы выбрали неправильные методы, — заметила я. — Это признала бы любая девушка на моём месте.
Уэн уже открыл было рот, чтобы возразить, но его опередил Двэйн:
— Вы велели опоить её? — перешёл он к главному. — И отвести в комнату, чтобы затем исполнить некоторые свои, думаю, не самые чистые планы — тоже. За такие планы, признаться, я прямо сейчас готов оторвать вам нечто ненужное.
Но боюсь, у вас этого и так нет, потому что, если я прав — вы не мужчина!
Претемнейший хищно улыбнулся — и даже мне не по себе стало.
— Знаете, мне некоторым образом оскорбительно слышать всё это! — вскипел Уэн. — Я никого не опаивал. Да, я могу порой поступать жёстко. В делах бизнеса. Но…
— Если я правильно помню, вы не прочь были уничтожить мою репутацию? — не выдержала я. — Чтобы опустить меня до своего уровня.
