Но еще страннее выглядела твоя просьба. — Я не оставил попытки докопаться до истины.
— На которую ты, братик, с радостью согласился, — промурлыкала довольно.
— Эй! Вообще-то, ты меня на слабо развела!
— И что? — А глаза такие удивленные и честные-честные… Ой, лиса!
— И то! — Решил, что драконить сестру все-таки не стоит. Сама потом расскажет. — В воскресенье отец Макса привезет тебе твою Еву. Все. Гони ключи! — Я протянул руку. — Ты обещала вернуть мне мою тачку.
Ксю сделала вид, что размышляет. Вот явно блефует! И ключей у нее нет! Коза!
Я конкретно накосячил.
Мало того, что перебрал, так еще, как оказалось, послал любимую бабулю, решившую прочитать мне мораль на больную голову. А поскольку финансово мы все очень тесно зависим от прабабки, то меня лишили не только карты, но еще и ключей от моей ласточки, что я и обнаружил, когда немного пришел в себя. Условием их возвращения было примерное поведение и прилежная учеба — ни больше ни меньше. Да, мне пришлось быть паинькой. Что только не сделаешь ради возвращения к привычной жизни.
И если с деньгами у меня было проще, благо завел себе отдельную карту, да и Димыч с Максом всегда выручили бы если что, то просить каждый раз машину у Ксю — ну совсем не комильфо. Вот и пришлось уговаривать сестрицу пойти на переговоры с бабулей. Почему-то к Ксении у прабабки была особая, трепетная, любовь. Но условием возвращения моих ключей Ксю вдруг выставила странное условие: уговорить Еву на переезд. Я гордо отказался. На что моя премудрая сестрица заявила, что я просто не умею общаться с нормальными девушками.
— А ты обещал, что уговоришь Еву. Уговорил?
Ага! Как же! Попробуй уговори эту дикарку! Она в машину-то сесть не захотела. Это, вообще, нормально?
— Ксю, я же сказал, жди воскресенья. Приедет твоя Ева, никуда не денется. Можешь дорожку красную постелить и оркестр заказать.
Я ни за что не признаюсь Ксю, что уговаривал не Еву, а ее деда. Он, в отличие от своей дикой внучки, оказался нормальным. Сказал свое веское слово, и точка! Мужик!
— Вот не верю я тебе почему-то, — вдруг выдала Ксю.
— А можно поинтересоваться почему?
— Не знаю.
Зашибись логика!
— Ясно с тобой все. Так и скажи, что бабка тебя тоже послала.
— Ой, да на тебе твои ключи! Не плачь. — Ксю вытащила из кармана шорт мой брелок и бросила его мне в руки. — Она бы и тебе их отдала, если бы попросил.
Мои ключики! Родненькие! Я был готов расцеловать их прямо на глазах у вечно недовольной сестрицы, уже предвкушая поездку по ночному городу.
