«Сарказм на двоечку. Куда делось твое красноречие?» – парирует нежная девочка.
– Так ты из-за этого, что ли, ревешь? – вылупляется на меня Валюха.
– Отстань.
– Господи, ты правда влюбилась. Он хоть ничего? Ну, в смысле – симпатичный?
– Он самый лучший. А у меня даже фотки нету-у-у-у, – реву белугой, сама не узнавая себя. Мой эмоциональный фон настолько изменился, что если бы с нашего последнего секса с Дымом прошло чуть больше времени, я бы подумала, что беременна. Тем более что последние несколько раз мы трахались без резинки – Клима все-таки удалось уболтать на прерванный акт.
И даже не спрашивайте, почему мне так его по-живому хотелось. Все равно у меня нет ответа, но одно очевидно совершенно точно – я была бы не против, чтобы он в меня и кончил. Может, во мне взыграли животные инстинкты. В конце концов, быть отмеченной своим самцом – вполне оправданное с точки зрения науки желание… Как и родить от него.
– Ну-ну, что ты. Ясь, успокойся. Возьми салфетки в перчатнице.
– Ты даже не представляешь, сколько он всего для меня сделал, Валь.
Это он Светку спас. И цветы, и…
– Воу-воу. В смысле – он?
– Его отец. Профессор – отец Клима.
– Охереть.
Валюха, как всегда, коротко, но емко. Смеюсь сквозь слезы.
«Чего не сразу отписалась?» – тренькает телефон. Не дождавшись от меня ответа, Клим решил о себе напомнить.
«Меня Валюха сбила с толку. Примчалась встречать. Теперь вот пытает, насколько ты хорош».
«И насколько же?»
«Настолько, что мне никому о тебе не хочется рассказывать».
«Вот и не рассказывай. Не надо дразнить всяких нехороших дядей».
Это он про Молотова, что ли?
«Эй! Я вообще-то намекала на тёть».
Но он прав. Игорю не стоит знать. И мне с ним продолжать взаимодействовать не стоит тоже. Удивительно, как быстро сместились мои приоритеты. Еще недавно я бы зубами вцепилась в возможность стать партнером в той фирме, которую вместе с Молотовым поднимала. А теперь я хочу поскорее отделаться от всего, что с ним связано, лишь бы обрести полную свободу действий.
Кажется, я и забыла, что это такое – ни от кого не зависеть. Ни в чем. И теперь меня пьянит предвкушение.
«Я тебя люблю».
«Я тебя тоже. У меня просьба»…
«Ты издеваешься?!»
«Почему?»
«Тебе нужно было уехать, чтобы это сказать?»
Я закусываю губу, глядя в залитое дождем окно. Мимо проносится город, ставший в одночасье чужим и неприветливым. Чем я жила здесь? Почему это было так важно?
«И что за просьба? Как будто я теперь откажу тебе хоть в чем-то».
Улыбаюсь.
