Вообще-то в целях гигиены я привезла свою посуду. А вот брать колюще-режущие по понятным причинам не стала.
– Ну, тогда вот. Проходи.
– Постойте, – в панике хватаюсь за широченную заскорузлую ладонь охранника. – А он… Он уже там?
– Здесь два разных входа. Для гостей и заключенного.
Да-да, точно. Я об этом читала. Что ж так стремно-то? Мое сердце в последний раз так колотилось, когда я сдуру забрела в эсватинские трущобы. Кстати, вот где меня в самом деле могли ограбить, изнасиловать и убить. Здесь же мне вряд ли что-то грозит.
Ну не станет же он меня насиловать, правда, чтобы добавить к своему сроку еще какое-то количество лет?
Если у нас и будет секс, то только по согласию.
Наверное…
Делаю глубокий вдох в надежде, что это поможет, но лишь давлюсь не очень-то приятным запахом казённого помещения. Надзиратель гремит замками и, пропуская меня вперед, чуть отступает в сторону. Делаю шаг, еще. За спиной гремит колесиками чемодан. Я вскидываю взгляд, он поднимается мне навстречу.
– Привет.
– Привет.
Можно немного сентиментальной банальщины? От его голоса в животе действительно что-то сладко сжимается.
Он такой… как бы объяснить? Успокаивающий. Да, наверное, так. Напитываясь им, я невольно зажмуриваюсь.
– Ясмин.
– Я в курсе.
Ну что я за дура? Конечно, он в курсе. Именно под этим ником моя помощница Валюха зарегистрировала меня на сайте. В переписке он сотни раз называл меня по имени. Сама себя не узнаю. Где мои мозги? Где хваленые самоуверенность и бесстрашие? Распахиваю глаза.
– Можно Яся.
– Клим, – разводит руками, – сокращать не приходится.
Яркий свет, заливающий комнату на контрасте с сумраком коридора, играет со мной злую шутку. Его лицо… Я только теперь его вижу. Клим старше. Намного старше, чем я думала, когда ввязывалась в эту авантюру. Пожалуй, ему хорошо за сорок. Первой в глаза бросается его бледность. Конечно, не самая сексуальная история для мужчин, но вполне оправданная, если твоя кожа годами не видит солнечного света. Следом на автомате отмечаю чисто выбритые щеки, идиотскую стрижку под машинку, крупный нос, плотно сжатые губы.
И зависаю, встретившись с его взглядом. Как и всякий социопат, я весьма наблюдательна. Может быть, поэтому меня не может обмануть воцарившийся на дне его глаз штиль.
Не сумев скрыть тревоги, я громко сглатываю. Соскальзываю взглядом по шее, плечам, торсу, обтянутому футболкой… Tommy Hilfiger. Серьезно?"
"Наверное, такой тип фигуры в полной мере можно охарактеризовать словом «жилистый». А еще он высок.
