Но Марату отчетливо слышалась в этом сообщении какая-то взволнованная интонация.
Нет, это он просто сам себя накрутил. Просто рабочий разговор. Про все остальное они с Артуром уже все выяснили.
***
– Как дела?
– Все в порядке, – осторожно отозвался Марат, пожимая руку Артура. Его интуиция просто вопила о том, что что-то случилось, и он судорожно пытался понять, откуда прилетело. Марата не оставляло ощущение, что разговор пойдет не о непосредственных делах холдинга, что к этому разговору примешиваются семейные дела Балашовых, и мысли почему-то упорно поворачивали к Антону Балашову.
Вот в этом вопросе Артуру еще может очень понадобиться помощь Марата. И вдруг остро кольнуло сожаление – а не поторопился ли он с увольнением?
Если бы не Милана… Все время Милана. И никуда от нее не деться.
– Присаживайся, – Артур приглашающе указал на пару кресел. В дверь вошла секретарша с подносом с двумя чашками кофе. – Разговор есть."
"Марат вслед за Артуром устроился в кресле, пригубил терпкий черный кофе. Как это все похоже на тот, десятилетней давности разговор Марата с Борисом Петровичем Балашовым.
Они точно так же разговаривали из соседних кресел, на равных, не разделённые начальственным столом. Только кофе не было. Тот разговор состоялся накануне огромных потрясений в жизни Марата. Сейчас что – тоже?!
– Скажу тебе откровенно, Марат, – начал вдруг Артур резко, без предисловий. – Я не уверен, что поступаю правильно. Я, если честно, не спал всю ночь. Думал.
– Антон Борисович дал о себе знать? – Марат с изумлением наблюдал, что Артур, в самом деле, волнуется.
Этот парень стоял стеной, когда они бились плечом к плечу за агрохолдинг «Балашовский». А теперь… Марат был уверен, что так пробить оборону Артура могло только что-то, касающееся семьи. Или?.. – Светлана Анатольевна благополучна?
Артур с некоторым удивлением покосился на Марата, слабо улыбнулся, пригубил кофе.
– Да, все в порядке. Сегодня с утра отвез ее в больницу, на сохранение, до родов. Так будет спокойнее. Всем. Мне, конечно, в первую очередь.
Но, в некотором роде… наш разговор пойдёт о чем-то подобном. Так! – Артур хлопнул ладонью по подлокотнику. – Я все равно не подберу нужных слов – если уж за ночь не смог ничего придумать. И сказать – должен. Все-таки чувствую, что должен. В общем, так, Марат. Ты сидишь – вот и сиди. И не вставай пока. Моя сестра беременна. Отец ребенка – ты.
Бабушка Марата в детстве пережила землетрясение. Не самое сильное, кажется, какие бывают, шесть баллов.
