— Как вы можете прокомментировать произошедшее? — перекрикивал остальные её звонкий голос. Высокий рост, худоба, по мнению Давида излишняя, и, видимо, каблуки, давали ей неплохое преимущество перед коллегами — даже с задних рядов её было видно. Но сейчас она стояла в первом и вскинула руку с диктофоном навстречу Давиду.
— Я никак не могу прокомментировать произошедшее, — спокойно ответил он. — Будет создана комиссия, она разберётся. О результатах расследования мой пресс-секретарь вам сообщит.
— Это может быть акция «зелёных»? — выкрикнул кто-то из задних рядов. Теперь голос был мужским, хоть и высоким. — Они обещали призвать вас к ответу за убийства животных, истребление популяций насекомых…
Боже, как же Давид устал слушать эту чушь. Из года в год его донимали какие-нибудь оголтелые активисты, что боролись за права крыс, тараканов и вшей. А он был вынужден отвечать.
— Мне ничего не известно об этом, — сухо ответил Давид и слабо улыбнулся. — Если это были они, то донесли своё сообщение неубедительно, можно сказать, я его не получил.
И не для протокола: я лично ничего не имею против прав вшей, и не возражаю, если кто-то предоставляет им для размножения свою голову, но считаю, каждый должен сам решить, жить ли вшам в его волосах, поэтому выпускаю средства против педикулёза.
Глава 39
Собравшиеся засмеялись.
— Но вы подтверждаете, что это могут быть «зелёные»? — не унимался его невидимый за спинами собеседник. Давид подозревал, что это был один из активистов движения, что затесался среди журналистов, и не собирался вестись на провокации.
— Я уже ответил. Всего доброго, господа! — развернулся Давид и решительно пошёл к зданию.
Наверное, он должен был быть взбешён, но всё произошедшее его скорее расстроило. Дети, Лина, чёртовы показушники, поливающие бензином его товар — в груди ныло, даже тоскливо скулило. Кто бы их ни подослал, его вынуждали реагировать, отвечать, втягивали в очередную войну, а это последнее, чего он сейчас хотел.
Сейчас, когда всё перевернулось с ног на голову, когда Давид переосмысливал свою жизнь.
Когда собирался стать отцом.
Он выждал, когда разъедутся чёртовы журналисты. Забрал плёнку с записью, решив, что рано он расстался с детективом. Служба безопасности, конечно, проведёт расследование, но он решил тайно провести своё, потому что… что-то не вязалось. Что-то было не так. Но пока он не понял что.
