А они не заставят себя долго ждать — я ни с кем не делюсь тем, что принадлежит мне, а ты теперь моя, — произнёс он так, словно не сказал ничего из ряда вон выходящего, но на самом деле словно вдохнул новую жизнь в бездыханное тельце её разбившегося насмерть сердечка.
— Теперь? — засмеялась Саша. — Это звучит так, словно когда-то я была чьей-то ещё.
— Что ты хочешь этим сказать? — нахмурился он.
— Господи, Давид, — выдохнула Саша. — Когда ты уже перестанешь быть таким твердолобым. А ещё глухим и слепым. Ты был первым и единственным моим мужчиной.
Нравится тебе это или нет, но это правда.
На него невозможно было смотреть, не скривившись от боли — столько мучительных неожиданных эмоций сменилось на его лице, которые он, наверное, не в силах был спрятать. А, может, не хотел. Как, наверное, мог, но не хотел останавливаться в офисе.
— Ты… была… невинна? — едва выдавил он.
— Очень правильное слово — была, — усмехнулась Саша, совершенно не собираясь щадить его чувства. — До того момента пока не оказалась у тебя на столе.
— Ты должна была мне сказать, — выдохнул он, словно ему в живот вонзили нож и теперь проворачивали.
— И что бы это изменило? Ты бы остановился?
— Я не был бы так груб! — взмахнул он руками."
"— Да брось! После того как назвал меня шлюхой? Ты бы мне просто не поверил. Ещё бы посмеялся над моей слабой попыткой тебя остановить. Но разве всё это теперь важно?
— Да меня важно, — ответил он неожиданно серьёзно.
— А для меня нет, Давид.
— Почему?
Он словно действительно не понимал, и Сашу это развеселило.
Она не думала до этого момента, но сейчас поняла, что они словно пришли к тому, с чего начали, только поменялись ролями. Он пытался с ней договориться о сексе. О супружеском сексе. Заявил на неё права, не зная, что она и так всегда принадлежала ему. А теперь хотел сказать, что хочет видеть её одну в своей постели, не хочет секса ни с кем, кроме неё, но не знал как.
— Видишь ли, брак — это ведь тоже договорные отношения, — едва сдержала Алекс улыбку. — А деловые отношения с ненадёжным партнёром, требуют… — она выждала театральную паузу, — предоплаты.
— Чего? — опешил Давид.
— Я хочу быть уверена, что не останусь ни с чем, если окажется, что ты, — она хмыкнула, — как бы это помягче сказать, не соответствуешь уровню моих притязаний.
— Будешь определяться прямо тут? — усмехнулся он.
Она пожала плечами.
— Почему бы и нет? Я хочу быть уверена, что выбрала правильно.
— Алекс, нет, — отрицательно покачал головой Давид.
