Полная дура и нет оправданий ее глупости.
— Почему ты мне не рассказал? — хрипло спросила Ася и подняла на него заплаканные глаза. Стало мучительно стыдно и больно, но повернуть время вспять невозможно.
— Ты не спрашивала, — Артем неопределенно пожал плечами, стараясь держать себя в руках и не поддаваться эмоциям. — Ты осудила меня без суда и следствия. Ты даже судьбу нашего ребенка решила сама. Просто поставив меня перед фактом, — безжалостно добивал он ее, вознамерившись выяснить все до конца. — Почему, Ась? Неужели я не достоин права голоса? Неужели я хоть раз сказал, что хочу его убить?
— Я испугалась.
Мне было очень страшно и одиноко… — слабое оправдание, но другого не существовало. Все было именно так. Страх сковывал ее изнутри, мешая думать рационально и инстинктивно отталкивать самого близкого человека на свете.
— Почему ты не рассказала мне о своих страхах? Почему не поделилась переживаниями?
Она искренне не могла ответить на его вопрос. Тогда все казалось правильным и логичным, а сейчас, оглядываясь назад, Ася осознавала сколько на самом деле ошибок совершила.
Он был прав, она ничего не замечала, кроме собственных эмоций.
— А я тебе расскажу почему, — Артема жутко несло, но остановиться он уже не мог. Слишком много всего накипело, слишком многое нужно было выплеснуть. — Да ты была со мной. Любила. Но оставалась независимой, отдельной от меня частью. Ты сама по себе. Тебе не важно мое мнение, ты все можешь сама и с ослиным упрямством это делаешь.
Я тебе нужен как некий объект, приложение, но, не как мужчина. Ты сама хочешь быть мужчиной, но я не готов быть женщиной. Я просто устал бороться с тобой, — он шумно выдохнул и устало покачал головой. Этот эмоциональный выпад отнял слишком много энергии.
Ася глотала слезы и молча слушала его, давая возможность высказаться до конца. Жестко и жестоко, Артем доносил до нее истину, от которой она всегда бежала. В его словах была доля правды, но не совсем Ася была согласна.
— Это ты перестал меня замечать, — сквозь поток слез проговорила она."
"— Да я не знал, как к тебе подойти! — прокричал Артем и не сдержавшись звучно припечатал ладонь к столешнице. — Тебя передергивало каждый раз от моих прикосновений. Мне было больно от этого, и я старался минимизировать нашу общую боль и дать тебе время прийти в себя. Да, признаю, это тоже целиком и полностью моя ошибка. Я обязан был выдернуть тебя из этого состояния.