Мне сразу показалось, что я его где-то видела, а сегодня вспомнила. Наши подъездные кумушки считали девушку, как бы это помягче сказать… легкомысленной. Донесли сплетни до Веры, и племянник перестал с ней встречаться.
– Бывает, – улыбнулся Игнат.
– Как ты думаешь, может человек отомстить за то, что разрушили его счастье? – Нина подняла на него серьезные глаза.
– Когда это было? – уточнил Игнат.
– Сто лет назад.
– Через сто лет едва ли. – Он покосился на Нину и уже без улыбки сказал: – Веру убили из-за компромата.
Убийство совершено профессионально. Днем, в полном народу парке. Никакая девушка такого сделать бы не смогла. Кстати, полиция знает про компромат?
– Понятия не имею.
Игнат рассеянно постучал пальцами по столу и поднялся.
– Когда ты теперь появишься? – спросила Нина.
– Не помню, когда следующий зачет. Послезавтра, кажется. Посмотри в расписании.
Игнат подмигнул подруге, покинул кафедру и быстро пошел по коридору к проходной.
Отчего-то ему было очень жаль Ксению Антоновну.
С позавчерашнего вечера потенциальная теща вызывала у него симпатию.
* * *Стихи и рассказы Натальи Александровны были и светлые и грустные одновременно. В некоторых рассказах встречались смешные места, но в целом осадок оставался нерадостный. Дана не была большим специалистом по литературным произведениям, но чувствовала, что рассказы не из самых плохих. Удивительно, что Наталья не пыталась их напечатать. Впрочем, в этом Дана не была уверена. Не исключено, что бывшая учительница пыталась пристроить свои труды в какое-нибудь издательство.
Одно ясно – Наталья Александровна счастливой не была. У счастливого человека видение мира должно быть более оптимистичным.
Вообще Дане стало казаться, что она хорошо понимает Наталью. А еще – Наталья очень похожа на нее саму.
Она, Дана, тоже хотела заниматься любимым делом и больше ничем. А еще никогда не стала бы искать другого мужчину, кроме Федора, даже если бы он на ней не женился.
Телефон зазвонил, когда она закончила читать очередной рассказ.
– Ты не занята, Даночка? – поинтересовалась Любовь Сергеевна. – Мне хочется, чтобы ты взяла что-нибудь на память о Верочке. Зайди, пожалуйста, девочка.
Дана прикинула, начнет ли Федор орать, узнав, что она опять отправилась к сестре убитой учительницы, и решила, что начнет.
– Спасибо, – поблагодарила Дана. – Сейчас зайду.
Брать что-то на память ей не хотелось, но отказываться было неудобно.
