Пожалуй, предложением стоило воспользоваться. Он понятия не имел, как сунуть конверт певичке.
Николай протянул ей конверт и снова сел в машину.
Дана догнала высокого парня у входа в зал. Он вполне мог оказаться тем, кого обнимала Нина.
Николаю было все равно, тот это молодой человек или другой.
Парень перед Николаем ни в чем виноват не был. Да и Нина тоже.
Никто не виноват в том, что он, Николай, был ей не нужен.
Это он считал, что она должна быть его Ниной и больше ничьей, ему было противно смотреть, как она липнет к высокому мужику, и она перестала для него существовать еще до того, как перестала существовать окончательно.
Он не успел спросить у нее, что было не так в их жизни.
Дана вернулась, хлопнула дверью.
– Куда теперь? – спросил Федор.
– Домой.
Сонливость прошла. Дорога по пробкам показалась долгой.
Свободных мест у подъезда не было. Федор остановил машину, загораживая узкий проезд. Николай быстро вылез и, наклонившись, посоветовал:
– Поезжайте домой. Я позвоню, если кто-нибудь объявится.
Он действительно собирался позвонить Федору. Ему могла понадобиться помощь.
Николай долго ждал звонка, но никто не позвонил.
* * *"
"До концерта оставалось чуть меньше часа. Игнат уселся в пустом фойе, кивал проходившим мимо музыкантам. Минут через десять приехала Лия. Увидев его, вспыхнула.
– Соскучился, – улыбнулся он.
Она жалко скривила губы, словно собираясь заплакать.
На какое-то мгновение Игнату стало ее жаль. Собственно, она была несчастной, глубоко одинокой девочкой.
– Беги, – подтолкнул он ее. – Тебе скоро выходить.
Стали собираться зрители. Некоторых он узнавал – видел раньше. Как ни странно, у безголосой Лии были свои поклонники.
Увидеть Ксению Антоновну он не ожидал, но она появилась минут за пять до начала. Кажется, она тоже не ожидала, потому что удивилась не меньше.
– Я думала, ты больше здесь не появишься.
– Почему? – сделав недоуменный вид, Игнат прошел вслед за ней в зрительный зал.
– Перестань, Игнат, – отмахнулась Ксения. Необидно, понимающе.
– Я не слепая и не умственно отсталая, я не могу не видеть, что ваш роман подошел к концу. Если, конечно, ее влюбленность можно назвать романом.
– Наш роман можно назвать романом, – заверил Игнат.
Ксения уселась в первом ряду, показала ему на стул рядом. Эти места Лия всегда оставляла для своих. Правда, приходили только он и мать. Он ни разу не видел ни Лииных подруг, ни друзей, он о них даже не слышал.
– Просто у меня сейчас проблемы, – шепнул он Ксении.
