Какое непреднамеренное убийство? Мужчина хотел заняться сексом, сидел на кровати, надевал презерватив, а я со всей силы ударила его канделябром по голове, причём не раз. Нет, я, конечно, не хотела его убивать, просто не понимала, что происходит и как этот человек попал в мой дом и в мою кровать.
В полицию звонить нельзя. В тюрьму мне совсем не хочется… Позвонить мужу… Опасно. А вдруг это он меня подставил? Зачем позвонил мне этой ночью и спросил, как у меня дела? Откуда такая забота? Какие цели он преследовал, отправив в наш дом этого мужика? Если бы хотел поймать меня на измене, давно бы уже примчался сюда и представил ситуацию в том выгодном свете, который ему нужен.
Муж не приехал, а просто позвонил среди ночи и спросил, всё ли у меня в порядке. Странно. Может, звонил не он? Может, это сотворила любовница? Спёрла у мужа ключи от квартиры, пока он спал в обеденный перерыв после чересчур обильного секса, сделала слепки, вернула ключи на место и уговорила своего сообщника прийти в мой дом среди ночи.
Может, именно она уговорила мужа включить телефон, сделать звонок жене и пробить обстановку? Что они хотели от меня услышать?"
"Может, этот Козловский Дмитрий Иванович, тридцати восьми лет от роду, должен был меня щёлкнуть на камеру мобильного телефона в тот момент, когда он собирался заняться со мной сексом? А потом бы любовница моего мужа начала шантажировать меня этими снимками. Либо покажет их моему мужу, либо я не путаюсь у неё под ногами, ухожу с дороги и не мешаю им счастливо жить.
Короче, не хрен стоять на пути у высоких чувств.
А скорее всего, она бы просто показала эти снимки моему супругу, чтобы тот сам убедился, что его жена – шлюха, и принял правильное решение уйти из семьи навсегда. Даже если рассматривать эту версию, тоже нестыковочка получается. Я перерыла все карманы трупа и не нашла ни одного мобильного телефона, ни с камерой, ни без. Поэтому снимать наши плотские утехи ему было просто не на что. Даже если эту игру затеяли эти двое, чтобы побольше оттяпать при разводе, непонятно, почему в квартиру никто не врывается, не называет меня неверной супругой и не грозит отнять у меня то, что наша семья нажила за эти годы.
Поняв, что сейчас вряд ли доберусь до сути, я обхватила голову руками, посмотрела на труп и стала усиленно думать, что с ним делать. Выход один – от трупа нужно избавляться. Взяв в руки телефон, я набрала подругу.
– Верка, приезжай. У меня серьёзные неприятности.
