Хотя нет, молчи, не отвечай! Еще одно слово из твоих уст, и тот скандал, которого мы усиленно избегали, все же разразится. Не хочу с тобой разговаривать, мне нужно напиться.
С этими словами герцог отпустил жену и ушел. По идее она не должна была вот так и остаться стоять безмолвно на самой середине залы. Она должна была как-то вернуть его, крикнуть ему что-нибудь в спину. Но Меган не могла этого сделать. Люди уже начинали смотреть на нее и задавать себе вопросы о том, почему у герцогини такое смятенное выражение лица.
Ну что ж, определенно она блестяще справилась с этим сообщением. Поначалу Меган думала, что нужно будет признаться ему в любви, а о ребенке сказать уже потом. Как-то не получилось в таком порядке… Но она никак не ожидала, что упоминание о ребенке вызовет в нем такой страшный гнев.
Меган пошла искать своего отца и Тифани, она нуждалась в поддержке, которую могли оказать ей близкие. Вечер еще не кончился. Герцогиня все еще собиралась сделать Девлину свое признание. Вне зависимости от того, захочет он ее слушать или нет.
Но ему надо дать время хоть немного остыть.
Однако больше в тот вечер Девлина не видели. Он не появился даже в самом конце, когда гости стали расходиться и разъезжаться по домам. По крайней мере половина приглашенных уезжала: тс, кто жил поблизости или в нескольких часах езды, и те, кому срочно нужно было вернуться в Лондон. Остальные готовились отойти ко сну, а домой отправиться уже поутру в удобное время. Несколько десятков гостей намеревались немного пожить здесь, как было оговорено с ними ранее.
Меган освободилась очень поздно, — или, вернее, очень рано, почти на заре. Она надеялась на то, что Девлин еще не заснул, и, прежде чем пройти в свою спальню, проверила его. Она не позаботилась о том, чтобы взять с собой светильник, поэтому пришлось зайти в его спальню и оставить дверь распахнутой настежь, чтобы хоть немножко света пробилось из коридора в комнату, которая казалась страшной от избытка причудливых теней, облюбовавших боковые стены.
Герцогиня обнаружила Девлина в его кровати, у самой головы валялось скомканное покрывало. Она присела на краешек и убрала в сторону ком покрывала, чтобы убедиться в том, что муж спит. Герцог лежал на животе, раскинув ноги в стороны и обхватив руками подушку. Лицо его было повернуто в противоположную сторону.
Спина Девлина была обнажена. Меган вдруг захотела прилечь рядом с ним под одеяло и, дождавшись его пробуждения, сказать то, что не досказала во время вальса.