У Егорова была точная информация о том, что я не только вел это дело, но и не стал вешать на Александрова лишнее, и ответил он только за реально совершенные им преступления — тут уж, извините, прослеживается явная связь Егорова или с уголовниками, или с…
— Работниками правоохранительных органов, — закончил за него Попов. — Так, судя по его осведомленности и тому, как ни шатко ни валко движется его дело, она у него самая прямая и надежная.
— Но у Александрова все равно нужно узнать, нет ли у него на этот счет каких-то своих соображений, — настаивал Гуров.
— Его ведь сильно подставили, а это заставит его очень усиленно шевелить мозгами. Далее. Дежурный ИВС клятвенно заверил меня, что посадит Марию в приличную камеру, а потом позвонил и сказал, что Никифоров, это начальник ИВС, приказал поместить ее к уголовницам. Так кто же Никифорову это приказал? Сам бы он на такое не пошел! Он еле-еле на месте усидел, отделавшись неполным служебным, после той истории, когда он посадил в одну камеру четырех проходивших по одному делу человек, которых еще и отравить умудрились.
Хорошо, что хоть один выжил и потом мог показания дать. Нет! Никифоров ни за что не стал бы так рисковать без прямого приказа сверху! И еще. Если мне расследование уголовной составляющей дела Егорова уже не поручат, то кто именно будет этим заниматься? И кто отдаст об этом приказ?
— Я вас понял, — кивнул Попов.
— А я против, — решительно заявил Степан. — Крячко знает, что Алексей Юрьевич назначил вам встречу, следовательно, ваше исчезновение он и генерал Орлов поймут правильно.
— А ты откуда об этом знаешь? — возмутился Лев.
— А разве у вас со Станиславом Васильевичем когда-нибудь были секреты друг от друга? — спросил в ответ парень. — Я могу представить себе, что именно находится в том портфеле, который вы хотите забрать у Крячко. Уверяю вас, что в случае необходимости аппаратура у вас будет намного более современная и совершенная. Что касается перечисленных вами поручений, то передать их Крячко могу и я.
Как и заявление вашего племянника на отпуск, потому что неизвестно, сколько нам потребуется времени, чтобы до конца разобраться с делом Егорова.
— Хорошо, я ему скажу, и он напишет, — вынужден был согласиться Гуров. — Но мы с вами не учли самого главного: если меня вдруг вызовут в управление собственной безопасности, а меня нигде не смогут найти, то…
— Вас сначала будут искать по больницам и моргам, а потом подадут в розыск, — спокойно сказал Попов.
