Так что работа охранником в притоне для педофилов как раз для него — у него же ничего святого в жизни нет. Да и по приметам подходит, вот он — корабль на груди и наколка на левом предплечье, что себе выпускники Питерской «мореходки» делают. Правильно все Лева просчитал.
— Но осудили-то его в Москве по месту совершения преступления! Странно, что ему за все это только пятнадцать лет дали — за такое и пожизненное не жалко, да и отбывал он в Псковской области, — удивился Орлов.
— Значит, адвокат был хороший, а то, что к черту в зубы не загнали, так у нас сейчас за деньги еще и не такие чудеса творятся, — вздохнул Крячко.
— Но если он с эдаким букетом в колонию прибыл, да еще не ко двору там пришелся, за такое дело ему вполне могли кое-что и укоротить под корень. А освободился он, смотри, в январе 2003-го! Но в Питер почему-то не вернулся, а остался здесь.
— Ну, этого мы знать не можем, — возразил Орлов. — Вдруг поехал, понял, что ему там ловить нечего, вот сюда и вернулся.
— А к кому? — тут же спросил Стас.
— На пустое место? Уж, если он в своем родном городе не смог устроиться, то тут-то тем более! К бабе, что по переписке завел? Так он, ущербный, ей и не нужен совсем.
— Ну, Прост тоже в Воронеж не вернулся, а в столицу к кому-то приперся, и раз у него деньги на баб были, то не бедствовал, — заметил Петр.
— Вот как хозяин борделя мне отзвонится, так мы и будем знать, кто тут Проста с распростертыми объятиями ждал. Надо с колониями связаться и дела их уголовные запросить, — предложил Стас.
— С Тихоновым сложностей не будет, его здесь судили, а вот из Воронежа — когда еще дождемся!
— С колониями ты правильно решил — кто-то же им писал, на свидания приезжал, передачки присылал, с кем-то они там скорешились, и все такое. А дела? Что ж, можно посмотреть, но раз они оба в родные края не вернулись, то многое мы там вряд ли нароем, — с сомнением покачал головой Петр. — Здесь надо концы искать, в Москве!
— Тогда я завтра запросы составлю, в Воронеж, Иркутск и Псков позвоню — пусть они там пыль с папок стряхнут, да в затылках почешут и вспомнят, кто и чем отличился.
А еще с Тверью свяжусь, чтобы Галину Потапову нашли и сюда направили. Она мухой прилетит — сережки-то вернуть точно захочет! А какие-нибудь фотографии матери с этими серьгами у нее обязательно остались! Так что дело это будет хоть и не скорое, но верное! А Галина многое от Светки знать может — ведь они в одной квартире жили.
