— А у других-то есть! А ты до чего город довел? Люди детей боятся из дома выпускать! В городе банда этих… Пеки… пети… в общем, филов каких-то бесчинствует! А ты куда смотришь?
Косарев и Фомин переглянулись и синхронно вздохнули. Не обращая больше внимания на вопли Матрены, Андрей Федорович по громкой связи связался с дежурным и сказал:"
"— Немедленно привезите сюда Новикова.
— Так он же только сменился, — удивился тот.
— Вот вытащите его из постели и привезите сюда! Немедленно! — Косарев повернулся к Матрене и спросил: — Ну и кто же тебе про педофилов сказал?
Та тут же поджала губы и заявила:
— Обещала не говорить, и не скажу!
Косарев опять связался по громкой связи с дежурным и приказал:
— Давай ко мне всех, кто в управлении! Будем Марысю в «обезьянник» сажать! Авось все вместе справимся.
— Товарищ майор! Она же его вдребезги разнесет! — испуганно ответил дежурный.
— А вот тогда мы ее в тюрьму посадим! Не только за распространение злостных, не соответствующих действительности слухов, но и за нападение на сотрудников при исполнении, и за нанесение ущерба нашему управлению.
В общем, лет на пятнадцать потянет! Кстати, ты за Новиковым машину отправил?
— Отправил, — пролепетал тот.
— Ну вот! Сейчас все соберутся, и отконвоируем мы все вместе гражданку Матрену в «обезьянник». Пусть она там посидит, подумает о жизни, а бушевать начнет, так мы психбригаду вызовем. Вколят ей что-нибудь успокоительное, а там и увезут в психушку, где в смирительной рубашке она не больно-то побуянит!
— Прав не имеете, — без прежней уверенности в голосе проговорила Марыся.
Тут подключился Крячко и официально сказал:
— Я — полковник полиции из Москвы, вот мое удостоверение. — Он развернул его и поднес к ее лицу. — Так вот, я вам разъясняю, что такое право они имеют!
— Да за что же это? — растерялась она. — Я же не для себя! Я же для других стараюсь! Детишек больно жалко!
— Я вам ответственно заявляю, что никаких педофилов в Фомичевске нет, не было и не будет! — четко и раздельно произнес Крячко.
— Зная ваш характер и стремление всегда добиваться справедливости, кто-то злонамеренно ввел вас в заблуждение, чтобы спровоцировать на такой решительный, но необдуманный поступок, который мог быть чреват для вас очень тяжелыми последствиями!
Бабка Матрена слушала его очень внимательно, вряд ли поняв из его слов хоть половину, суть она все-таки уловила:
— Так, значит, Дашка с Песчаной мне соврала?
— Да, — твердо заявил Стас.
