— В моем джипе поеду я, представитель посольства, переводчик и мой адвокат. Вы, господин Гуров, — на «Ниве», а поскольку дороги вы не знаете, то машину поведет мой охранник. Ну а кунг предназначен для рабочих. Возражений нет?
— А я тоже с вами поеду, — предложил Крячко. — Со сторожем-то никто толком не говорил! Пока вы будете своими делами заниматься, я с ним и побеседую, чего время терять?
Все согласились, расселись по машинам и поехали. Неизвестно, о чем шла речь в джипе, а вот в «Ниве» царило гробовое молчание. Крячко судорожно искал выход из положения, чтобы как-то выгородить Орлова.
Гуров же, понимая, что не просто заигрался, а по-крупному зарвался, занимался самобичеванием, и спасти его могло только одно — очень быстро найти преступников, а в том, что их будет несколько, он не сомневался — одному человеку совершить такое было бы не под силу.
Увидев такую кавалькаду, сторож даже несколько растерялся, но шлагбаум поднял. Воспользовавшись остановкой, Стас вышел из машины, а остальные поехали дальше. Подойдя к сторожу, Крячко предъявил удостоверение и предложил:
— Поговорить бы нам, отец!
— Ну, пойдем в мой вагончик, сынок! Не лето еще! — рассмеялся сторож.
— Только я ведь, пожалуй, ненамного тебя старше.
— Брось! — удивился Стас. — Борода-то совсем седая!
— Так она зимой очень хорошо греет, вот и отпускаю, а по весне сбрею, — объяснил тот.
Они вошли в вагончик, и, пока сторож, как он выразился, взбадривал чай, Крячко огляделся. В этом, казалось бы, небольшом помещении было все необходимое: диван, над которым на старомодном плюшевом ковре висела двустволка, холодильник, с телевизором на нем, печка-буржуйка, столик, а над ним полка с посудой, шкаф, служивший, вероятно, для всего сразу, а в углу валялся старый матрац.
— Для собак, — мельком глянув на Крячко, объяснил сторож. — Так-то у них будка снаружи стоит, а уж если совсем мороз, я их внутрь запускаю.
— Чего ж ты себе другую работу не нашел? — удивился Стас.
— Была работа, — вздохнул тот. — Только жену мою она раньше срока на тот свет забрала, а меня инвалидом сделала.
— Вредное производство, — догадался Крячко.
— Оно самое. Мы с ней оба с деревни, думали, там и денег побольше платят, и на пенсию пораньше выйдем. Вернемся с ней в деревню, домик купим и заживем на славу. А получилось так, что до пенсии она не дожила, а я вот до инвалидной докатился. Квартиру двухкомнатную, что мы от завода получили, я дочке оставил — она мужа привела, двое детишек у них, а тут я со своими болячками.
