И вид он имел самый невинный — ну, что может быть странного в вызове к начальнику их управления генерал-майору Петру Николаевичу Орлову? Хотя на самом деле он был им больше друг, чем начальник, да и то сказать: сколько лет вместе проработали, сколько дел вместе раскрыли, сколько раз спину друг другу прикрывали и в прямом, и в переносном смысле.
Орлов встретил их так радушно, словно они десять лет не виделись, а это значило, что ему очень неудобно — ну, правильно! Нагружать своих давних друзей новым серьезным делом (а пустяками они не занимались) накануне законных выходных по меньшей мере некрасиво.
— Ну, ладно, — сказал Гуров, занимая свое привычное место на подоконнике. — Считай, что мы в должной мере оценили твои смущение и раскаянье, и излагай, что стряслось.
— А что у нас могло произойти? Только новое дело.
— Понятно, что не на чай с пряниками ты нас позвал, — влез Стас. — Новое так новое, чего глаза прятать?
— Да понимаете, уж больно оно грязное, — поморщился Орлов.
— Петр, если это опять кто-то из власть предержащих жидко обделался, а нам надо за ними дерьмо подчистить, то ты не по адресу — мы такими делами больше заниматься не будем! — жестко заявил Лев. — Сыты уже по горло!
— Да нет! Дерьмо вам подчищать не придется, а вот повозиться в нем… — вздохнул Петр.
— А можно яснее? — насторожился Крячко.
— Понимаете, в выгребной яме в одном из садовых товариществ Подмосковья нашли останки двух человек."
"— Свят-свят-свят! — пробормотал Стас.
— И что? Никого, кроме нас, не нашлось?
— Да районники там ковыряются по мере сил и способностей, но вы же не хуже меня знаете, какие у них эти самые силы и способности. Вот и попросили прислать в помощь опытных сотрудников, а вы оба сейчас как раз ничем не заняты, — виновато произнес Орлов.
— Говорил я тебе, Лева, что дело надо было сдавать не вчера, а сегодня! Причем поближе к концу дня! — вздохнул Крячко. — Только когда же ты меня слушал? А ведь я в житейском смысле тебе сто очков вперед дам и обгоню!
— Стас! Обещаю, что впредь буду слушаться тебя, как родную маму, — клятвенно пообещал в ответ Гуров.
— Куда ехать, Петр?
— В Фомичевск, там вас уже ждут, — пояснил тот.
— До понедельника никак?
Скорчив самую покаянную физиономию, на какую только был способен, Орлов вздохнул и развел руками. Артист он, кстати, был никакой, а вот Крячко на его месте сейчас бы целое представление выдал.
