Книга Мушкетер поневоле — читать онлайн бесплатно полностью

Это была ставка гетмана Ходкевича. Об этом мы узнали от пленных под Зубцовом. Монастырь на горке, поврежден, правда, предыдущими штурмами, но рва нет. Водовозная башня сильно разбита артиллерией, а «воротная», с двумя воротами, не рассчитанными на гексоген, быстренько предоставила нам проход вовнутрь. Поляки попытались прорваться в сторону скита, но попали под огонь с трех сторон, остальное «доделали» монахи и штурмовые группы. Монастырь стал нашей ставкой. Вдруг, гляжу, а «наш» Никодим с кем-то целуется, в такой же рясе, да на голове у попа шапчонка, которую я уже где-то видел.

Собственно, это не шапка, а такой хитон, с огромным золотым гербом византийским. Патриарх! Вот самка собаки. Подхожу, сделав знак своим.

— Кто это, Никодим?

— Его святейшество патриарх Филарет.

— Ты же говорил, что он в плену, а он в Ставке польской отирается! Шел полякам помогать снять осаду с Кремля. Отойди в сторонку, Никодим. Испачкаешься! — я перешел на норманский, — Отделение! В одну шеренгу становись! На прицел! — теперь на французском.

— Федор Захарьин-Юрьев! Где и кому ты передал державные реликвии Рюриков? Переведи, Никон!

Тот перевел, а побелевший патриарх ответил.

— Где ставка Владислава?

— В Варшаве, он почти никуда не ездит.

— Реликвии там?

— Да.

— Сюда прибыл с гетманом?

— Да.

— Взвод, по предателю, пли! — прогремел залп, — Не отпевать, сжечь, а прах развеять. Никодим!

— Да, Рюрик! — он впервые меня так назвал.

— Ты понял мой приказ?

— Да, князь Андрей, понял.

— Так и действуй. И вот что, пошли своих в Москву, они свободно, гляжу, передвигаются.

С Дмитриями надо переговорить, иначе столкнемся, а кто их ночью разглядит. Дай знать, что польские резервы мы схарчили, и Ставки с гетманом больше нет. Да пусть твои много не болтают, толковых пошли.

— Хорошо, князь Андрей, сделаю.

— Отправишь своих — заходи, а то что-то ты молчаливым стал. Ответь, что не так.

— А все не так! Зайду!"

"Он, действительно, вернулся через несколько минут, сел за стол, мы с ним никогда вместе не питались, я, вообще-то, ему не шибко доверял, близко не подпускал.

Питались мы с разных столов. Ну, а за счет Франции, стол у нас был несколько богаче, чем у них.

— Садись, Никодим, винца из моего имения попробуй или чего покрепче. Это «арманьяк», его по патенту выпускают в Гаскони.

— Где это?

— На границе с Испанией.

— Там тепло! А мы одежку теплую не захватили. Холодать начинает.

— Зима в России — явление внезапное, это я знаю. Каждый год, но неожиданно.