Ага! Ты в Королевском совете древних старейшин, да?
– Ну ты и чурбан, – поморщилась она.
– Это ты всю романтику убиваешь. Разговор должен был пройти в духе: «О, как ты храбро за сестренку заступился», а я такой: «Что? А, ну это, любой бы так поступил», а ты: «Нет, нет, ты особенный, я же вижу», а я: «Нет, особенная – ты». Потом: «У тебя дар, какого я прежде ни у кого не видела!», а я: «Откуда… откуда у меня чувство, будто я тебя уже целую вечность знаю?», а ты: «Так есть… и так будет». Потом салют! И жили мы долго и счастливо!
– Ты ведь не заготовил петарды?
– Н-не-е-е-ет, – протянул Мракокрад.
– А ты не… не терпишь салюты?
– Гм-м-м, – прищурилась Ясновидица. – Вижу свирепый пожар в школьных садах…
– Правда? – с легким испугом спросил он. – Когда? Сегодня? Я… постой-ка, ты все придумала.
Ясновидица захихикала:
– Тебе не говорили, что провидец из тебя паршивый? Я бы никогда не стала расточать лесть и похвалы.
– Какое облегчение, – еще шире улыбнулся Мракокрад. – Но нельзя ли добавить хоть капельку романтики? Не каждый же день встречаешь вторую половинку.
Такое вообще раз в жизни бывает. Например, сегодня. Прямо сейчас.
«Сейчас, – повторила про себя Ясновидица. – Это правда. Прямо сейчас все и начинается».
Что это сердце так разошлось? От радости, любви, от ужаса? Хотелось крепко-крепко обнять Мракокрада крыльями и в то же время взять и поджечь его. Хотелось со всех крыльев лететь прочь отсюда, но вместе с тем – чтобы этот разговор длился столько, сколько позволяет драконий век.
Хорошо бы – остаток вечности.
Ясновидица видела, что будет, но понятия не имела, что сама ощутит в этот миг.
Мракокрад неожиданно подался вперед и взял ее за передние лапы.
– Насчет будущего не переживай, – горячо прошептал он. – Просто будь здесь, со мной, в настоящем, когда мы оба несказанно счастливы.
Ей и самой этого хотелось, она бы и осталась, но едва соприкоснулись их лапы, как в разум ворвался такой свирепый ураган видений, что голова чуть не лопнула.
Мракокрад, повзрослевший, в вывернутой короне, мановением когтя убивает драконов на другом конце зала.
Мракокрад, почти не изменившийся, с улыбкой и надеждой во взгляде протягивает ей свиток.
Морской дракон кричит от боли.
Она и Мракокрад, снова взрослые, кувыркаются в свалке из шестерых драконят в собственном большом и шумном гнезде на скале."
"Мракокрад падает перед ней под раскаты грома. Всюду кровь ледяных.
Сапфиры в дар.
