Так почему не использовал ее?
«Не хотел, чтобы подозрения пали на него. Ведь так?»
Мракокрад плавно опустился к двери дома, которая в лучах восходящего солнца постепенно из серой становилась красной. В миниатюрных висячих садах пожухли все цветы. С тех пор как мама пропала, за ними никто не ухаживал.
Толкнув дверь и войдя, Мракокрад застал Вьюгу на диване. Широко раскинув крылья и глядя в потолок, та лежала и вертела в когтях висюльку из золотистого стекла в виде ракушки. Простенький кулон на черном шнурке. Наверное, подарок от Вдумчивого.
– Доброе утро, – сказал Мракокрад, ласково толкнув ее в хвост. – Думаешь о новом ухажере?
– Вдумчивый, – сказала Вьюга, утверждая, но не спрашивая. – И да и нет. Но мне он нравится.
– Посмотреть, что ждет вас в будущем? – предложил Мракокрад. В мастерстве прорицания он все еще уступал Ясновидице: видел только наиболее правдоподобные варианты будущего, тогда как остальное скрывалось за пеленой случайных событий и небольших отклонений. Возможно, будь у него больше времени на изучение всех вариантов, он смог бы, как Ясновидица, просмотреть их подробнее.
Но где найти столько времени и упорства? Это надо на месяцы запереться в подвале, лишив себя прочих занятий.
– Нет, спасибо, – отозвалась Вьюга таким обыденным тоном, что Мракокрад с любопытством уставился на сестренку.
– Все хорошо? – спросил он, касаясь ее шеи. Ее чешуя была не теплее положенного.
– Чувство странное. Я вдруг заговорила как-то неправильно.
Вообще-то, она напротив, в кои-то веки заговорила нормально, и это настораживало.
Хотелось бы Мракокраду сейчас заглянуть в ее разум, посмотреть, что там творится.
– Может, тебе поспать? – предложил он, но тут его внимание привлек тихий шум в одной из дальних комнат. – Отец дома?
Вьюга кивнула.
Мракокрад тихонько прошел по коридору и встал в дверях отцовской комнаты. Половина Люты оставалось нетронутой, разве что ее постель выглядела так, будто на ней кто-то полежал. Однако в комнате было очень холодно: спальное место Арктика буквально заросло сосульками.
Видимо, он применял ледяной выдох, чтобы хоть немного устроиться как дома.
Арктик стоял спиной к Мракокраду и с чем-то возился на столе. У его задних лап валялись осколки льда, а из-под хвоста торчал кусок карты.
«Больше ждать нельзя, – бормотал про себя отец. – Хотя вряд ли этого хватит».
– Я жив, – объявил Мракокрад. – Если тебе интересно.
Арктик подобрался и злобно оглянулся на сына:
– Не обольщайся.
– Я знаю, ты там был. У шатра. Следил за нами.
