— Что? Как ты собираешься спасти мои миллионы, если ты даже свою собаку у собственной жены отсудить не можешь?! — я даже привстаю со стула от такого поворота событий.
Внешне Вадим остаётся спокоен, но я-то вижу, что мои слова его задели.
- Я ухожу рано утром и домой ночью возвращаюсь, собака — это не игрушка, Марьяна. Она тоже требует внимания, ее выгуливать нужно. Поэтому временно Марсель остается с моей женой.
— Ясно.
Я ковыряюсь вилкой в тарелке, между нами повисает неловкая тишина.
— Штопор есть? — спрашивает внезапно Вадим, наконец-то обратив внимание на бутылку вина.
Надеюсь, он оценит то, как я постаралась для него.
— Нужно поискать, — хочу подняться со стула, но Титов взмахом руки приказывает мне вернуться на место.
Он идет к кухонному гарнитуру; теперь я сижу спиной к нему и не могу его видеть.
Слышу, как он выдвигает один из ящиком, а потом наступает полная тишина.
— Нашел? — спрашиваю, все же поворачиваясь к нему.
— Что это? — настроение Вадима меняется за мгновенье. Он весь напряжённый, лицо абсолютно без эмоционально.
— О чем ты? Что случилось?
— Это что такое? — он берет в руки одну из коробок от еды, поднимает на уровень лица.
Я все еще не понимаю, в чем проблема.
— У тебя какие-то счеты с этим рестораном? Если да, то в следующий раз закажу еду где-то в другом месте.
— Ты заказала еду?
— НУ да... Не понимаю, в чем проблема? Тебе же минуту назад все нравилось... —мой голос звучит менее уверено по мере того, как на лице Вадима сменяются эмоции. Сначала удивление.
Потом, кажется, я улавливаю уже злость. Он смотрит на меня так, что мне хочется поежиться. Хотя господи, что тут такого?
— Ты, наверное, не поняла, Марьяна. Я просил тебя приготовить мне ужин, а не заказывать из ресторана. Я и сам могу так сделать, — он отбрасывает на стол коробку, словно там была не еда, а черви. — В следующий раз, пожалуйста, будь добра, постарайся хотя бы чуточку. Я не так уж много прошу, — Вадим быстрыми шагами пересекает гостиную, берет свои документы и пиджак и оставляет меня в пустой квартире.
А я сижу одна за столом и не могу понять, что это только что было и почему заказанный мной ужин его так сильно оскорбил.
После ухода Вадима вечер и ночь идут насмарку.
Я выбрасываю его практически не тронутую еду, свою тоже отправляю в мусорное ведро. Аппетит напрочь испортился.
Ни до какого тирамису мы, конечно же, не дошли. Сняв с себя красивое платье и смыв макияж, я долго ворочаюсь в кровати.
Мысленно спорю с ним.
