Он прожигает свою любовницу неодобрительным взглядом. Она же наоборот старается на него не смотреть. Только на свои руки. Может быть я придумываю, но Лариса выглядит так, как будто не уверена в себе.
Происходит что-то странное, я волнуюсь сильнее.
Когда Вадим встает, поднимаю взгляд вслед за своим адвокатом.
— Ваша честь, я хотел бы подать ходатайство о проведении допроса одного важного свидетеля.
Вадим поднимает вверх бумажку и ждет одобрения от судьи. Она же явно колеблется.
— Мы изучаем доказательства, сторона истца.
Для заявления свидетелей у вас было подготовительное заседание.
Вадим кивает принимая аргумент. Я пока не понимаю, что за игру он ведет, но волнуюсь с каждой секундой всё сильнее и сильнее.
— К сожалению, на тот момент мы еще не знали, что в деле появится такой важный свидетель.
— Я протестую!
Со своего места внезапно подрывается Кирилл. Он ведет себя неадекватно: сначала бьет кулаком по столу, заставляя всех присутствующих вздрогнуть, а потом упирается в него ладонями.
— Ведите себя тише, ответчик, иначе мы продолжим рассмотрение без вас.
По лицу Кирилла видно, что он хочет ответить судье резко, но сдерживается.
Громко дышит. Крылья его носа раздуваются.
Скашиваю взгляд на Ларису и вижу, как на губах его любовницы расцветает гадкая улыбка. Она выглядит значительно смелее сейчас.
Боже, что происходит?
— Я протестую, ваша честь. Адвокат моей жены хочет устроить в заседании цирк.
Он позвал эту, простите за честность, курицу. чтобы…
— Это я курица?! — Лора вскакивает с места и громко вскрикивает.
Захлопывает рот, реагируя на стук судейского молоточка.
— Тишина в зале судебных заседаний!
Судья требует, и та самая тишина действительно повисает. Кирилл и Лора смотрят друг на друга, разговаривая о чем-то взглядами, остальные же за ними наблюдают.
— Адвокат истца даже не сказал, кого хочет привлечь свидетелем, а вы уже устроили самый настоящий цирк — Судья комментирует, поворачивая голову к Вадиму. — Кстати, кого?
— Ларису Андреевну Смирнову, ваша честь.
— Я. вашу мать, протестую! — Кирилл снова заводится и кричит. Лариса цепляется пальцами в спинку передней лавки и сильно сжимает дерево. В глазах судьи я вижу зажегшееся любопытство.
— Почему протестуете? — она уточняет, смотря на Кирилла, склонив голову."
"— Потому что всё, что она сейчас скажет — это бред обиженной кур... Женщины.
Я не испытываю к Ларисе ни намека на солидарность, но даже мне приятно, что под требовательным взглядом судьи Кирилл исправляется.
