Почему-то решил, что раз уж мы друг перед другом отчитываемся, то и тебе неплохо бы приложить немного усилий и прояснить для меня, какое количество любовников ты считаешь допустимым и спросить, к примеру, согласен ли быть одним из нескольких я?
Вадим смотрит на меня так, что становится душно. Давит. Подчиняет Требует.
Сбивает с толку и с мысли.
Вместо того, чтобы отмахнуться и сбить с него спесь одним честным ответом, я фыркаю и подаюсь ближе к столу:
— Не заговаривай мне зубы. — Шиплю зло, а в ответ получаю усмешку.
— То есть тебе можно задавать любые вопросы, а для меня существуют какие-то ограничения? Любопытно.
Из двух воркующих об оргазмах кайфуш мы в считанные минуты превращаемся в колючих ежей.
Прибежавший на кухню Марсель замирает между нами. Тоже напрягается и крутит головой, смотря то на Вадима, то на меня.
— Если ты собираешься играть на два фронта... Даже не смей... - Угрожаю Вадиму помертвевшим голосом. Он реагирует так же, как раньше - усмешкой. Осознает, что я не в состоянии нанести ему настоящий урон.
В отличие от него. К огромному сожалению, я полностью в его власти сейчас.
— А ты высокого мнения обо мне, Марьян.
Фыркаю и отталкиваюсь ладонями от стола, чтобы сложить руки так же, как у Вадима.
— У тебя обо мне тоже явно не лучшее, раз уточняешь количество моих любовников.
На самом деле, эти слова зацепили ужасно сильно. Просто сейчас есть куда более серьезный повод для волнения.
— Ну и раз ты сама вернулась к этой теме, я жду ответа... Кто такой Стас? И как мы поделимся? По дням или…
— Пошел ты к черту!
Выплевываю, вскакиваю с табурета.
Беру свою не тронутую тарелку и с грохотом отправляю ее в раковину вместе с омлетом, который теперь вызывает только тошноту.
Как и сам Титов.
Разговор не задался. Хочу уйти и подумать, но Вадим не дает.
Я возвращаюсь в спальню, хватаю ключи. Пытаюсь пройти мимо мужчины уже в коридоре, но он хватает за плечи. Я дергаюсь, но он только сильнее сжимает пальцами.
Вскидываю взгляд, требую:
— Пусти.
По глазам вижу, что Вадим смягчается. между бровей складка. Сглатывает:
— Ладно, прости. Слышишь? Прости. Я перегнул... Но меня правда волнует, что ты крутишь хвостом передо мной, а стоит заговорить о чем-то серьезном —взбрыкиваешь.
Дергаюсь ещё раз - Вадим отпускает. Мне стоило бы тут же уйти, но я задерживаюсь и позволяю вместе со словами сочиться изо рта яду:
— А меня волнует только мое дело, Вадим. Только мое чертово дело. Я спрашиваю тебя как адвоката...
