— Переборщила? — спрашиваю, моргая. Все еще пытаюсь казаться роковой красоткой.
Вадим медленно ставит стакан обратно на стол. Пульт отправляется на диван.
Титов делает несколько шагов ко мне, его взгляд темнеет, выражение лица меняется.
— Ты спрашивал, для кого предназначался этот наряд, - произношу грудным голосом, иду ему навстречу. Ужасно волнуюсь. Откровенно говорить с ним мне куда сложнее, чем заниматься сексом. — Хотела сделать тебе сюрприз, но ты, к сожалению, все испортил.
Приблизившись, тычу пальцем в твердую грудь.
Откуда-то точно знаю, что если приложу к левой стороне ладонь — почувствую бешеный стук сердца.
Вадим сглатывает. Взглядом ловлю, как дергается мужской кадык.
— Не переживай, — его голос звучит глухо. Взгляд прожигает кожу. — Сюрприз удался.
Он говорит серьезно, а вот я улыбаюсь. Прижимаюсь к футболке ладонью и легонько толкаю обратно к дивану.
Вадим реагирует идеально. Отступает, не разрывая зрительный контакт. Садится, довольно широко расставив ноги.
За моим приближением следит так внимательно, что я просто плавлюсь.
Хочу выглядеть для него максимально соблазнительно. Сминаю пальцами подол халата, перебираю шелковый поясок. Тяну его, только остановившись близко-близко к мужчине.
Легкая ткань сползает с плеч, я опускаюсь к Вадиму на колени. Прижимаюсь к телу. Мужские ладони обжигают мою голую кожу.
Он накрывает груди через кружево.
Сминает и приподнимает, потом сбавляет натиск и повторяет.
У меня учащается дыхание. Двигаюсь так, чтобы лучше чувствовать горящий огнем пах. Трусь о него.
Через каждую пору под мою кожу проникает его желание. Взгляд горит восторгом.
— По телевизору что-то интересное? — спрашиваю, когда Вадим сдвигает кружево, оголяя мою грудь. Склоняется и втягивает губами сосок. Из глаз искры. Я закусываю губу, чтобы не застонать.
Снова трусь о пах, изнемогаю от нетерпения и кайфую от реальности.
Свободной рукой Вадим тянется к пульту и щелкает, выключая.
Прижимается к шее, потом подбородку. Я жду поцелуя в губы, приоткрыв рот. Но прежде, чем толкнуться в меня языком, Вадим обещает:
— Думал тебя отпустить. Мало ли... Вдруг снова жалеешь? А сейчас вообще плевать до рыцарства. До утра не уйдешь.
Глава 27. Марьяна
Я просыпаюсь из за щекотки в животе. Это может быть голод, а может влюбленность, думаю об этом и, как ни странно, не пугаюсь.
Сладко потягиваюсь с улыбкой на губах.
