— Сколько бы добра ты ни сделала, всегда будешь отбросом для этих королевских задниц.
— А я не для них…
— А для кого?! Кого? Если тебе нравится Белов, почему должна отказываться от него?
— Он мне…
— И что же? Не нравится? Просто кувыркаться с ним хочется и заботиться по доброте душевной?
— Когда ты так спрашиваешь, картина вырисовывается иначе… — сказала Савина и отпила зеленый чай, тут же, очевидно, начиная осознавать, какая я молодец и как забочусь о ней. Вся скривилась от такой радости.
— Это что?
— Для нервов… себе заказала.
— А тогда почему он у меня?
— Тебя увидела и сразу поняла, что тебе требуется именно эта дрянь, а мне мороженое.
— Понятно. Но может…
— Не может, я уже доедаю твое мороженое. Так что давай… приводи нервы в порядок, сердобольная наша. Теперь буду всегда его тебе заказывать.
— А что у тебя случилось? — со вздохом поинтересовалась она, все же вливая в себя чай.
— Да так…
— «Да так» не катит, я тебя уже неделю не могу вытащить на общение. Что у тебя случилось?
Призадумалась.
Столько всего случилось, не знала, что главное, а где пустяки. Секс с Орловым… можно упустить. Вечно в неадеквате занимались. На эмоциях. Хотя… сегодня не сказала бы. Нравится он мне. Но кто я для него? Удобная девушка и защита от обольстительных хищниц? И зачем мне мужик, который заставил меня отрабатывать долг за другого человека?
Блин, я запуталась.
— Ой, Жень, я так влипла. Просто пипец.
— А конкретнее?
— Я теперь… — задумалась, уточняя для себя, кто же, — бездомная.
— Не поняла.
— Меня… мать выгнала, — от эмоций с силой сжала ложку и оттолкнула от себя мороженое. Стремно было признаваться в таком. И как-то обида нахлынула. Как плешивого котенка. — Вот так…
— Подожди, бабушка ведь тебе оставила…
— Теперь бабушку выставили идиоткой, даже веселые бумаги у психиатра нашлись, — выдавила в общем, не желая уточнять. Зачем? И так все понятно.
— Ничего не понимаю. Ты внучка и…
— Я… не ее внучка, так… ребенок от мужика, которому задолжал Стальнов.
И он дал попользоваться моей матерью в счет долга. Вот. Все… просто.
Только сейчас поняла, что, вероятно, и отец у меня не лучше. Пользуется женщинами в счет долга. Подло.
Женя вздохнула и протянула руку, накрывая мои пальцы со словами:
— Теперь понятно. Я всегда догадывалась. Ну не может у гнилья родиться такая классная девчонка!
Не ожидала. Честное слово. И стало как-то тепло на душе.
Черт…
В груди что-то защемило.
