Ладно, если по-другому не получается, я сделаю, как Снежана хочет. Поеду к ней. Ведь, по всей видимости, она этого добивается.
Спускаюсь, иду на парковку, завожу машину и двигаюсь в путь.
Первое желание — рвануть сразу к ней. Но к больным девушкам ведь не ездят с пустыми руками. Даже если это бывшая невеста, даже если она выпила литры твоей крови. Воспитание, чтоб его.
Заруливаю в супермаркет, некоторое время блуждаю по рядам, потом покупаю огромную корзину фруктов — самую большую, какая есть в магазине.
Фрукты — нейтрально. Их дарят даже просто коллегам.
С корзиной и еду к дому, где сестры Васильевы снимают квартиру.
Паркуюсь, вглядываюсь в окна, гадаю, за каким из них скрывается Снежана.
Выбираюсь из машины, прихватив с собой презент.
Мысленно прокручиваю в голове речь, что заготовил для нее. Вспоминаю список вопросов, что хочу задать.
Я, кажется, готов к конструктивному диалогу. Вправду, ну что мне даст, если она уволится? Ничего. Я этого больше не хочу. Пусть лучше рядом будет, пусть работает, так ей и скажу.
Может, даже наладим с ней какой-то контакт.
Очень хочу с ней этот нормальный, человеческий диалог.
Но разве Снежана открывает мне дверь?
Нет, вашу мать!
Я целый час стою как последний истукан возле ее квартиры. Она там, я это точно знаю. Пусть не ответила мне ни разу, сколько бы я ни стучал, ни звал ее. Но я ведь слышал, как она ходила в прихожей. Вот только ей плевать, что я засунул гордость в задницу и приехал.
Ей все равно, что я промучился всю ночь.
Ей до лампочки, что я, как последний дурак, все утро ждал ее на работе.
Ей без разницы, что я десять раз ей позвонил.
Как же сильно она меня бесит!
Глава 24. Как она там
Снежана"
"У меня получается выдохнуть, только когда вижу в окно, как Барсег выходит из подъезда, шагает к своему джипу.
«Не возвращайся!» — мысленно кричу, плотнее запахиваясь в безразмерный халат.
Наконец он ушел. Я думала, этого уже никогда не случится. Он торчал как приклеенный на лестничной клетке.
А от его громкого стука у меня до сих пор гудит в ушах. Чуть дверь нам не расколошматил своими пудовыми кулачищами.
Ублюдок! Он что думал, я к нему выйду, скажу: «Заходи, милый, давай выпьем чаю, заодно можешь еще раз зажать меня у стенки…» Так он думал? Да сто процентов!
Он что считает, ему все можно? Раз богатый, значит все должны перед ним стелиться, в том числе и я?
Еще бы, главный инвестор, считай спаситель фирмы. Все с ним носятся как с писаной торбой.
