Пристроившись на краешек стула, Лев осторожно спросил:
— Может, попросить Верочку приготовить чай?
— Не время чаи распивать, — отрезал генерал. — Надо разработать план дальнейших действий.
— Разве нам не было приказано оставить клинику и ее сотрудников в покое? — напомнил Крячко.
— К черту приказы! — заявил Орлов. — К черту их всех!
— Успокойся, Петя, — переходя на дружеский тон, произнес Гуров. — Расслабься и перестань наконец чертыхаться.
— Если бы ты знал, как мне сейчас паршиво, Лева. — Орлов обхватил голову руками и застонал.
— Только представь, что я чувствовал, отдавая тебе этот приказ! А что я мог поделать? Этот наглый хлыщ заявился ко мне в кабинет, бросил на стол дорогущий мобильник и, ухмыляясь, чуть ли не приказал выслушать «приказ старшего по званию». Шестерка! Щенок!
— Кто отдал приказ? — мягко спросил Гуров.
— Лучше тебе этого не знать, — успокаиваясь, ответил Орлов. — Мы просчитались, Лева, и это нужно признать. У клиники оказался чересчур высокий покровитель. Узнав о наших планах, он нажал на нужные рычаги, и нас связали по рукам и ногам.
Теперь я ничего не могу предпринять. Ничем не могу помочь той несчастной девушке. И от этого мне так паршиво!
— Не нужно впадать в отчаяние, мы что-нибудь придумаем. Добро всегда побеждает, Петя, какие бы козни против него ни строили.
— И как же ты собираешься победить, непримиримый ты наш? — скептически улыбаясь, спросил Крячко.
— Пока не знаю, но обязательно что-нибудь придумаю, — невозмутимо ответил Гуров. — Петя, скажи мне имя того, кто покровительствует клинике?
— Не связывайся с ним, Лева, беды наживешь, — предостерег Орлов.
— За меня не переживай. Я выкручусь, — ответил Гуров. — А вы со Стасом должны остаться в стороне. Не хочу вас подставлять. Помоги узнать имя моего врага, этого будет достаточно.
Орлов вздохнул и назвал имя. Крячко присвистнул. Гуров побледнел.
— Тягаться с ним все равно что идти против президента, — чуть слышно произнес Крячко. — Оставь это дело, Лева. Все равно тебе его не приподнять.
— Это мы еще посмотрим, — через силу улыбнулся Гуров.
— Как гласит народная мудрость: на каждого хитреца найдется свой мудрец.
— Ох, Лева, не те пословицы ты заучил, — выдавил генерал. — Мудрость, она на то и народная, что пользуются ею сообща. Один в поле не воин.
— Рано вы, друзья-товарищи, на мне крест ставите, — пытаясь взбодрить их, проговорил Гуров. — Если действительно беспокоитесь обо мне, лучше помогите план разработать.
Поворчав и попрепиравшись, принялись за дело.
