Пора бы что-то и отвечать…
— Меня никто не бил, с чего вы взяли? — несмело спросила я, и едва заметная улыбка тронула мои губы.
Это и стало моей ошибкой."
"Тут же боль пронзила мои губы, и я поймала хмурый взгляд Захара. Я быстро слизнула кровь, что появилась у краешка губ из-за трещины, и в это время напротив раздался тягучий голос:
— Если ты продолжишь врать нам, девочка, а также если окажется, что ты — всего лишь подосланная сука одного из наших товарищей, то я лично тебя убью, а затем пущу на корм рыбам.
Ты меня поняла?
Шок. Я смотрела на него, а внутри меня словно гром разразился.
— Потому что предчувствие меня еще никогда не подводило, — закончил Захар и вполне спокойно, даже с наслаждением отпил горячего чая.
— Потому что предчувствие меня еще никогда не подводило, — закончил Захар и вполне спокойно, даже с наслаждением отпил горячего чая.
Взгляд Захара так и выражал уверенность в словах, что он сейчас произнес. Как и прежде, сомнений в чьих-либо угрозах у меня не было.
Он сделает это.
Только я не была той, кем он меня считает! Я глубоко вздохнула. Неужели из огня да в полымя? Наверное, я еще не понимала, с кем связалась. От осознания этого факта стало неприятно и страшно вдвойне, и я вдруг поняла, что они не должны знать, кем является мой парень.
Демьян никогда не посвящал меня в свои дела, однако я знала, что он насолил многим людям за долгие годы своего управления. Какова же вероятность того, что я оказалась в руках каких-то бандитов, которым Демьян перешел дорогу? Я должна умолчать про Демьяна, но в остальном я решила говорить только правду, чтобы не попасться из-за такой глупости.
— Захар, — раздался голос Влада, что отвлек меня от собственных мыслей, — навряд ли ее кто-то подослал. В общем, мы это все обсудили и тема закрыта. Хватит пугать девчонку.
Видимо, пока я принимала ванну, они обсуждали какие-то дела относительно меня. Стоит быть настороже и не выдавать им много информации. Правда, если он уже задал вопрос, нужно все же на него ответить, иначе Захар может что-то заподозрить.
Я глубоко вздохнула, а затем медленно начала говорить, пока мои бутерброды грелись и поджаривались:
— Я там пробыла… не помню сколько. Часа два, или три, или четыре. А еще до вас была одна машина, — медленно произнесла я, встречая взгляд Аристарха, — но вот ирония судьбы, — я усмехнулась, — несколькими минутами до этого я прикрыла глаза и, видимо, в эту же секунду вздремнула.
