то лучше бы заткнулась и вовсе не называла ненавистное ему слово.
Но вместо этого я осторожно продолжила:
— Но… мне нужно вернуться обратно, в город, — прошептала я на свой страх и риск, однако, встретив его мрачный взгляд, я усомнилась в своей затее.
— Это невозможно, — только и ответил он.
— Почему же?
— Потому что на обратную дорогу нам не хватит ни сил, ни бензина. Ближайшая заправка там, куда мы едем.
— Можно ведь что-то придумать, — настаивала я, чтобы повлиять на его решение, — Новый год…
— Высаживать здесь я тебя не буду, Ярослава, даже не проси! Ты проведешь Новый год у себя дома только в том случае, если туда приедет такси.
Что маловероятно! Мне жаль, но ты и сама видишь, что мело весь день и всю ночь. Обещают до тридцатого декабря сильные снегопады. Мы отсюда уже не выберемся.
Я осеклась и после этих слов просто перевела взгляд на окно. Спрашивать еще что-либо было не просто бесполезно, но уже и опасно. Я видела это по его взгляду.
Боже, неужели Новый год я проведу в окружении незнакомых мне мужчин? Без любимых и дорогих мне людей? Ком застрял в горле от этих мыслей.
Хотя с другой стороны мне должно быть стыдно говорить об этом и даже думать, ведь это именно им я благодарна за то, что еду в тепле, а не лежу в кювете замерзшая и заметенная снегом. Похоже, они действительно те, за кого себя выдают. И если я и встретила их на трассе, то это определенно чудо.
Еще я только сейчас увидела на заднем сидении огромный пакет продуктов, расположенный у окна. Пакет, из-за которого мы, собственно говоря, и теснились в этой большой машине.
Если багажник и салон забит продуктами, а они едут сюда действительно встречать Новый год, то это уже есть аргумент в пользу случайности нашей встречи.
* * *Я вновь заерзала на своем месте, пытаясь втиснуться в небольшое пространство между дверью и мужчиной рядом. Все, лишь бы не сидеть вот так прямо на нем...
Вдруг сверху послышался очень тяжелый вздох, от которого я замерла.
Я утихла, но лишь для того, чтобы не разозлить здесь единственного адекватного человека, и положила руки на колени, пытаясь их согреть.
Хотя еще адекватным здесь был водитель.
— Аристарх говорит, что у нее признаки воспаления. У нас лекарств никаких нет с собой, пусть хотя бы выпьет и разотрет спирт по телу, — раздалось спереди.
— Я не пью, — тут же активно замотала головой я, — пить не буду!
— Выпьешь сейчас, — раздалось сверху бескомпромиссно, и Захар вскрыл переданный спереди бутыль, — открывай рот.
