— Ты холодный, тебя нужно согреть, — услышал я ее наивные слова, а мне так и захотелось закричать и убедить ее в том, что лучше бы ты лежала там, подальше от меня!
— Меня не нужно греть, — проговорил я, застыв в напряженной позе. Даже в спине что-то стрельнуло от той напряженности, в которой я сейчас застрял.
— Но ты можешь заболеть, — упрямо возразила она и дотронулась до моей руки. Я вздрогнул, словно ошпаренный, но Ярослава этого, кажется, и не заметила.
— Я сказал не нужно меня греть! — немного грубо ответил я, а затем мягче произнес обомлевшей девушке, — давай спать, Ярослава, мне рано вставать…
Она кивнула, а затем повернулась ко мне спиной.
Обиделась что ли за грубый тон?
Нет! Вот же ж чертовка! Не обиделась она, а просто решила отомстить, поганка такая. Я с шумом вобрал в себя воздух через ноздри, когда девчонка повернулась ко мне спиной и все равно сделала то, что хотела — а хотела она согреть меня, уткнувшись своей попкой прямо в мой член.
Блять!
Боже, дай мне сил не кинуть все к чертям и не взять ее прямо здесь вопреки всему самообладанию!
Я чувствую, как она резко застыла, прекратив свои долбаные мельтешения.
Наконец-то поняла, мать ее! Застыла, почувствовав как ей в попу упирается явно не моя рука, а я в это время с силой сжал ее бедро, пытаясь остановить свое бешено колотящееся сердце.
Ярослава вздрогнула, и я услышал ее виноватый голос:
— Прости… я, наверное, пойду!
Пойдет?! Куда пойдет?! Эта чертовка тут же дернулась, явно норовя встать с постели и бежать отсюда, куда глаза глядят, чем только лишь ухудшила свое положение.
Резко перекинув руку, я схватил ее за талию и со всей силы притянул к себе. Пусть теперь не просто чувствует его рядом, пусть упирается ей по самое не хочу.
— Захар! — кажется, в ее голове проскальзывали нотки хрипоты, но она действительно не понимает, что лучше всего для нее сейчас будет замолчать?
— Спи. Еще одно слово и я за себя не ручаюсь, клянусь! — прохрипел я и уткнулся носом в ее волосы, пахнущие ее собственным запахом. Ярославой.
Глава 24
Я уже проснулась, но все равно пребывала в каком-то полудреме, прежде чем мысли нахлынули нежданно. Я распахнула глаза от воспоминаний о прошедшей ночи, они словно окатили меня всю изнутри. В комнате Захара я была совершенно одна. Я вспомнила, как пришла к нему глубокой ночью, и сейчас это действие заставило меня покраснеть с новой силой. Как маленькая девочка я пришла после страшного сна, чтобы не спать одной.
— Как же ты глупая, Яра! — прошептала я.
