Я успела вздрогнуть от прикосновения его прохладных пальцев.
— Я хотел простого счастья, Ярослава. Жену, детей и собственный дом…
Я промолчала, почему-то чувствуя острую вину за собой, хотя была уверена, что Захар не считает меня ни в чем виновной. Иначе бы я здесь не сидела, иначе я бы находилась рядом с Яном. Но почему-то за любовную связь с мужчиной, который разрушил жизнь Захара, я упорно ощущала и свою вину.
— Почти все это было у меня. Кроме детей, соответственно, — поправился он, — еще и дом был, что перестал быть для меня домом после ее смерти.
Знаешь, я был готов вчера показать тебе то самое видео, которое прислали Виктору и которое впоследствии посмотрел я. Там твой бывший жених, его дружок…
— И Лена…
Захар промолчал, однако мою руку так и не вернул, крепко держа в своей.
— Захар, а кто такой Виктор? — тут же спросила я, не желая, чтобы он вновь впадал в убийственные воспоминания.
— Виктор Штайн — это дядя Лены, — терпеливо пояснил он.
— Штайн? — переспросила я с недоверием.
— Да, это их фамилия…
Не подумав, я перебила его:
— Штайн виновен в том, что я оказалась тогда на дороге, — изумленно произнесла я, чувствуя неладное.
Захар повернулся ко мне лицом:
— Каким это образом? — спросил он, — если ты его даже не знаешь. Или?..
— Не знаю, — согласилась я, — но Штайн подставил меня, порывшись в ноутбуке Демьяна и украв оттуда что-то важное. Демьян тогда подумал, что это я помогла ему откопать на него какую-то информацию…"
"— Да, он не останавливался долгие годы.
И Лена пострадала из-за него, — тихо произнес он, — она захотела помочь дяде, и Штайн не преминул воспользоваться ее помощью. Я даже не удивлен, что ты знаешь фамилию Виктора, поскольку ты знаешь Беляева — а они друг друга стоят, они друг из друга все соки выжали, — объяснил Захар, — Лена тогда умело обвела Беляева вокруг пальца, в итоге оригинал данных был в них на руках.
— И потому он… изнасиловал ее?
— Судя по словам, что были в видео, да, — мрачно произнес Захар, — да и Штайн после во всем признался. Но было поздно спасать ее, понятное дело…
Я немного промолчала, давая передышку нам обоим и переваривая полученную информацию. Вопросов было очень много, но состояние Захара было таким непредсказуемым, что я лишний раз не хотела поднимать особо печальные темы.
