А я лишь наблюдатель. И вот что я нанаблюдала: то, что Камиль как-то не благоволит к Зайцеву и так странно его от тебя отваживает, значит, что здесь явно был не только посыл педагога. Вот.
Секунд десять переваривала эту замечательную теорию, а потом смех разобрал уже меня.
— Заморенова, ну ты уж совсем, — постучала я себе по голове. — Сиди, сама открою. Как тебе вообще это на ум пришло? Ты сериалов, что ли, пересмотрела или лавбургеров начиталась?
— Ничего смешного, — ответила она. — Почему ты считаешь, что не можешь ему нравится? Эх, это был бы такой красивый роман…
Настя мечтательно закатила глаза, а я принялась перечислять все те причины, по которым я не могу ему нравится.
— Ну давай посчитаем. Камиль назвал меня ребёнком, помнишь? Он меня как девушку совершенно не воспринимает. Это раз. У нас с ним разница в возрасте почти пятнадцать лет. Когда я только родилась, он уже успел одержать свои первые победы в спорте. Это два. Камиль — тренер, а я — его ученица, что само по себе лично по моим этическим соображениям не допускает мыслей о романе.
Это три. У Камиля восточная, хотя и довольно лояльная, нация и, скорее всего, вероисповедание тоже. Куда я ему такая могу понравиться? Наверняка его родители, и он тоже, приветствует брак только с девушками своей нации, о чем говорит его предыдущий союз. Это четыре. Ну и ещё по мелочи. Достаточно не подходящая ему пара, как считаешь?
Заморенова все это время слушала мой пылкий монолог, а потом прокомментировала:
— Все это неважно. Когда есть чувства. А они, возможно, есть.
Так что я верю в вас, ребята. Не тупи, Соня. Пофлиртуй с ним. Вот и узнаешь реакцию."
"— Этого я уж точно не смогу, — отмахнулась я. — Где я и где флирт? Это не про меня. Да и не буду я этого делать. Нам ещё предстоит работать вместе. В таком деле лучше не допускать чувств.
Свои я переборю, а у тренера их и не было. Так что Настя здесь впустую распыляется со своими теориями…
— Ну и зря, — протянула она, вставая с дивана. — Я бы такой шанс не упустила. Хоть бы на одну тренировку к нему попасть, но он никого кроме вас брать не хочет.
Тоже, кстати, наверное, небезосновательно.
Она мне снова красноречиво посимафорила бровями, на что я предпочла внимание не обращать.
— А ты откуда знаешь, что не берет? — вдруг стало все же любопытно, почему так.
— К нему Леська набивалась на занятия для группы поддержки, — отозвалась она, застёгивая молнию своей сумки и закидывая ее на плечо.
— И как?
— А никак. Отказал, сказал, что это не его профиль.
