Надо собраться. Взглянула на себя в зеркало, убедилась в том, что выгляжу приемлемо, глубоко вздохнула, выдохнула и пошла открывать.
Камиль, в белоснежный рубашке и с такими же прекрасными белыми розами, улыбался мне. Лёгкая щетина делала его ещё более брутальным и взрослым, и я не сдержала ответной улыбки. За такого красавчика и душу дьяволу продать не жаль…
— Привет, — сказал он.
— Привет, — ответила я робко. — Проходи.
Камиль вошёл, и в коридоре сразу же стало тесно. Для этого коридора метр на метр, он казался просто нереально огромным.
— Цветы дамам, — протянул он мне букет. — Спасибо, что была со мной…тогда.
Взяла цветы и прижала их к себе. Взглянула в серые глаза.
— Не благодари, — покачала я головой. — Просто мне не все равно. И не только потому, что Ираида Львовна мой тренер. Пойдём, чая налью.
Я прошла в кухню и включила газ, чтобы затем поставить чайник на плиту. Достала из шкафчика вазу. Налила воды и оставила её на столешнице буфета. Камиль пришёл следом и сел на один из стульев, и наблюдал за тем, что делаю я.
Вынула кухонные ножницы и осторожно перерезала ленту, которая держала стебли роз вместе, а так же закрепляла фольгу для цветов. Разрезала шуршащую бумагу и вынула цветы. Подкоротила стебли и расставила розы в вазе.
— Ты всегда вынимаешь цветы из фольги? — спросил Камиль.
— Всегда. Так они дольше живут. Ты хотел поговорить. О чем?
Развернулась и врезалась в него. Даже не слышала, что он подошел со спины настолько близко. Камиль положил руки на мою талию, притягивая к себе.
Дыхание перехватило, я могла вдыхать кислород только короткими порциями. Голова начала кружиться то ли от недостатка воздуха, то ли от близости Камиля.
— Поговорим. Обязательно. Но сначала я хочу тебя, Соня, — ответил он и прижался к моим губам своими.
Мысли словно вылетели разом из головы, оставив там какой-то вакуум, тело жило лишь ощушениями физическими. Обвила его шею руками и отвечала на поцелуи, отдавая ему всю себя, пытаясь рассказать поцелуем о том, как люблю, как я скучала, как я жила лишь им одним.
"
"Постепенно между нами началось какое-то сумасшествие. Я уже не понимала, где чьи руки, и как я оказалась полураздетая и прижатая к кухонному буфету. Моё домашнее платье оказалось сброшенным на пол, открывая мужскому взору простое бежевое белье без каких-либо излишеств. Спустя доли секунды руки Камиля стянули моё нижнее белье и заставили прогнуться в спине, почти улегшись на буфет грудью.
