То ли от неожиданности, то ли от странного прострелившего насквозь тело чувства я вздрогнула, отчего ещё сильнее вцепилась пальцами в платье. Там, где Артур коснулся, немного саднило, но я не сразу вспомнила из-за чего.
– Мм… кажется, веткой хлестнуло и поцарапало, – пробормотала, ощущая себя в какой-то вязкости, будто воздух вокруг становился плотным и осязаемым.
– Болит?
– Нет.
– Хорошо, – каким-то непонятным чувством я ощутила, что он отошёл. – Ника, раздевайся и укутайся в плед. Я не смотрю, правда.
Пойду чая пока сделаю, если найду его, а если нет, то хоть воды горячей выпьем.
Артур обошёл меня и встал спиной, отвернувшись к раковине. Он был прав, мокрую одежду нужно было снять. Я какое-то время ещё постояла в нерешительности, а потом дрожащими руками, не сводя взгляда с Артура, стащила через ноги мокрое платье. Оставшись в одних трусиках, я быстро завернулась в плед и резко выдохнула – настолько приятно было ощутить себя в тёплом сухом коконе.
– Я всё, – сказала негромко, и Артур тут же обернулся.
Не знаю, нарочно или нет, может просто он на меня так сильно сердился, но он припечатал меня странным тяжёлым взглядом, от которого мне захотелось замотаться в плед с головой. Но я ограничилась лишь тем, что сильнее сжала в пальцах края пледа изнутри кокона.
– Нашёл пару пакетиков чая, но срок годности вышел несколько месяцев как. Думаю, ничего страшного. Ты будешь?
Я кивнула. Чай же не лекарство или колбаса, думаю, за пару месяцев сверху срока он в яд не превратился.
Через минуту в кухоньке запахло чаем с чабрецом, я умостилась на старом стуле между стенкой и столом и попыталась вынуть из покрывала руку так, чтобы и ладонь согреть о чашку, и при этом чтобы не развернулось покрывало. Задача была не из простых.
Но ещё сложнее для меня сейчас было поднять глаза на Артура, который присел напротив и тоже грел ладони о кружку.
Мы пили чай молча несколько минут, но потом я не выдержала.
– Прости, – тихо прошептала и несмело посмотрела на парня.
– Прости, что так необдуманно сбежала и тебе пришлось искать меня в такую погоду. И… за то что наговорила всякого дома.
Он пару секунд смотрел молча, а потом тоже отозвался негромко.
– И ты прости, царевна, что не сразу отбрил от тебя Потапа.
– Пожалуйста, не называй меня больше так. Никакая я не царевна, – попросила его."
"Артур ухмыльнулся, а я заметила, насколько красивая у него улыбка.
