Я занимаюсь волонтёрской деятельностью уже более трёх лет. Но когда один из тех, кому хочется помочь, теперь оказывается в твоей семье… Это немного… необычно.
Но мама сказала, что для папы это важно, а значит, важно и для всей нашей семьи.
– Я тоже не в восторге, Николь, но ты же знаешь своего отца, уж если он что-то себе надумал – его не переубедить, – сказала мама, расставляя на столе тарелки для завтрака в новом “семейном” составе.
Папа с этим парнем должны были приехать в одиннадцать, так что я помогла маме накрыть на стол и в десять тридцать ушла переодеться.
Не в пижаме же встречать гостя.
Когда спустилась, отец и этот парень уже стояли в гостиной. Папа как раз представлял его маме, а потом представил и мне, когда подошла ближе.
– Привет, – вежливо улыбнулась я.
– Привет, – ответил парень весьма сдержано.
Наверное, я слишком пристально разглядывала его, что он в ответ даже прищурился на доли секунды. А всё потому, что он выглядел как-то расхоже с моими представлениями.
Я была в детских домах по волонтёрской работе, плюс общественное мнение – и вот у меня ещё до встречи с парнем сложился образ.
И образ этот отличался от того, что я увидела в реальности.
Да, одежда у него была простая, но совсем не старая ношено-переношенная. Не дорогая, но и не ветошь. Обычные синие джинсы, светло-серая футболка, кроссовки и небольшая дорожная сумка на плече.
И не было никакого затравленного взгляда, как и, собственно, наглого. Он не озирался по сторонам, разглядывая наш дом, как рассказывала моя одноклассница Настя о девочке, которую взяли под опеку её родители ещё в шестом классе.
Она, со слов Насти, вообще оказалась странной, вроде бы даже воровитой, и Настины родители через полгода вернули её обратно в детский дом.
Но этот Артур совсем не выглядел так, как в обществе принято воспринимать выпускников детских домов. В мире царят шаблоны, и вот мой сейчас этот парень разбил.
– Прошу за стол, – улыбнулась мама. – Ты, наверное, голодный?
Я понимала, что мама ничего такого не имела ввиду.
Это просто выражение такое, его и другим гостям говорят, но сейчас оно прозвучало как-то двояко. Мне показалось, Артур тоже это уловил, но на его лице это никакими эмоциями не отразилось. Даже наоборот, он казался слишком сдержанным и безэмоциональным.
Мама тоже осеклась, но тут же снова мило улыбнулась и гостеприимным жестом пригласила на кухню.
– Руки можно помыть там, – кивнула она на раковину, а сама переставила горячее с рабочего стола на обеденный.
