Это скорее чтобы не оставить неловкого молчания с собственной совестью. Сочувствуют, а внутри у каждого пульсирует мысль – хорошо, что это случилось не со мной.
– И? – переспросил, понимая, что она сказала ещё не всё.
Миронова замялась. Покрутила карандаш, а потом снова посмотрела на меня.
– Артур, ну что я могу тебе посоветовать… Сходишь в армию, может, там перспективы какие будут. Я вот спрашивала у представителя военкомата, они заберут тебя сразу после выпускного, так что переживать не надо.
– В смысле сразу заберут? Кто вас просил туда вообще звонить?
Я понимал, что расплёскивать эмоции в кабинете у заведующей – не самое разумное дело.
Но, блядь, у меня совершенно другие планы!
– А что ты собираешься делать, Якушев? – тоже повысила тон Татьяна Сергеевна. – На вокзале ночевать будешь? Бомжом стать хочешь? Я звонила уже куда только можно за эти два дня, пыталась что-то выбить, но тебе ничего не положено, понимаешь? В спецжилфонде для тебя ничего нет! У тебя было закреплённое жильё, сохраняемое за тобой государством, Артур.
– Было да сплыло.
– После того, как тебе исполнилось восемнадцать. И я тут ничего сделать уже не могу, понимаешь? Ты теперь официально не сирота, а лицо из числа сирот. Не я пишу эти законы. Мне правда очень жаль, Артур, очень, поверь…
Внутри всё клокотало от ярости. Почему всё так несправедливо, блядь? Чем я наследил в прошлой жизни, что всё так валится?
– Я могу идти? – спросил я сквозь зубы, пытаясь не взорваться эмоциями прямо тут у неё в кабинете.
– Иди, Артур, – кивнула Миронова.
– И не спеши думать, что всё пропало. Армия молодым людям в подобной твоей ситуации может открыть очень даже неплохие перспективы, если подойти к этому с умом.
Я вышел в коридор и привалился к стене, ощутимо стукнувшись затылком. Надо было собраться и решить что делать, но мысли расползались. Хотелось со всей дури приложиться кулаком в стену, до дрожи в пальцах буквально. Только что это даст? Что изменит?
Я забрал рюкзак в комнате и вышел на остановку. Набрал номер.
– Надо решать вопрос с армией быстрее.
– Привет, Артур, постараемся. Только это… цена уже другая. Сам понимаешь, сейчас проверки, то – сё. Как раз тебе сообщить собирался.
Сообщение с суммой капнуло на телефон через несколько секунд после завершения разговора. И я понял, что мне не потянуть. Это даже больше тех подъёмных, что мне выплатит государство на первое время и обустройство. А жить теперь негде.
Я не против армии в целом. Мало того, я бы хотел отслужить. Как Паша.
