Во Владивосток меня привезли в 1983 году, когда мне был год. Отцу хотелось экзотики и моря. Тут я и вырос. Еще подростком стал заниматься перепродажей мотоциклов из Японии и организовал свой первый бизнес.
Отец, как и дед, был крепким и немногословным мужиком. Всякий раз, когда я вспоминал его открытое лицо и коренастую фигуру, мне становилось тепло и уютно. С мамой была другая история. С мамой мы были похожи по характеру и поэтому часто конфликтовали.
— Такие дела, братан, — сказал Леха, и я вынырнул из своих воспоминаний.
— Ресурсов у России много, а, значит, и желающих их прикарманить тоже. Так что выбирай профессию солдата — не прогадаешь!
Леха был уверен, что конфликты с «западными партнерами», как называл страны НАТО наш Министр иностранных дел, будут продолжаться еще долго. В конце встречи мы обнялись, обменялись телефонами и разошлись.
Квест «Попасть в Вагнер»
Когда началось обращение Владимира Владимировича к гражданам России, я сидел на балконе и курил. После слов о начале мобилизация у меня не было сомнений, что меня призовут и само собой возникло простое решение — нужно идти в «Вагнер».
Интуитивная мысль всплыла как подводная лодка из глубин моего бессознательного и тут же оккупировала все пространство. На тот момент я совсем ничего не знал про «Контору». Мне казалось, что меня могут не взять из-за возраста. Мне было сорок, и я был уверен, что туда берут до тридцати пяти. Я представлял, что это элитное подразделение — спецназ, собранный из отборных бойцов.
«Если воевать, то в составе профессионалов» — убеждал я себя.
Я попробовал набрать Лехе, но его телефон был вне зоны доступа. Я стал самостоятельно искать контакты и это оказалось достаточно простым делом. Найдя их, я написал им в телеграмме. Мне тут же ответил куратор с позывным «Берлинец». Я отправил ему фотографии своего военника с отметками об участии в Чеченской компании. В моем во-еннике было написано, что я заместитель командира разведгруппы частей спецназа, старший сержант. Начинал я как штатный пулеметчик, а потом поднялся по служебной лестнице.
Сделал себе мини-карьеру в рамках срочной службы. Повысили за смелость в бою и быстроту реакции в кризисных ситуациях. Тогда мне, как заместителю командира, выдали личный пистолет «Стечкин», чем я очень гордился в свои девятнадцать лет.
— Возьмут ли?.. — переживал я.
В «телеге» засветилось сообщение — стараясь сохранять равнодушие, скрывающее волнение, я прочитал его:
— Подходишь. Вот перечень документов и требований к кандидату.