Я говорю: «Не, пока не посру дальше не пойду!». Они говорят: «Нуты тип!». Я отвечаю:
«Я с Брянска!». И мы давай там ржать. В Зайцево уже все обработали и в Первомайку отвезли. В общем, контузия спинного мозга и куча осколков в шее. Поэтому и руку отстегнуло. Теперь уже легче. Работает потихоньку. Но я каждый день занимаюсь. Пару миллиметров до артерии не дошел один.
— А как получилось, что мина перед тобой взорвалась, а осколки сбоку у тебя?
— Мину увидел, и голову отвернул. Вот они мне сюда и зашли все двадцать пять.
— Ничего себе реакция у тебя! Реально видел мину?
— Как тебя.
— Я тоже всем говорю, что видел снаряд, который меня контузил, а они не верят.
— Убило, значит, «Калфа» со «Сверканом»?
Я кивнул.
— А я все думал, что им при встрече скажу. Ну ладно.
В курилку пришло еще два человека. Один из них был БСником, который до зоны служил во Внутренних Войсках.
А второй совсем не был похож на заключенного и выглядел очень интеллигентно.
— Знакомься, — сказал Эрик. — Это «Юрген», а это «Колдун».
Он тут — смотрящий… Старший, короче, от «Конторы».
Я пожал им руки.
— А это мой командир — «Констебль».
— У тебя ранение в голову? — «Колдун» сразу стал со мной общаться на ты, как со старым приятелем. — На Россию поедешь. Вэшников всех туда оправляют.
— Посмотрим, — не стал я с ним спорить.
Мы покурили вместе и пошли по своим палатам, но мысль, что я могу поехать лечиться в нормальное место в Россию, не давала мне покоя. Я представлял, как врач мне говорит: «Собирайтесь.
Вы едете в Россию!». Или того хуже предложит мне самому выбрать, ехать или нет: «Вы хотите поехать в Россию?».
— Что ты будешь отвечать им? — спросил меня вояка, вглядываясь в мои глаза. — Давай! Ответь себе честно!
— Ну, с одной стороны, хочется поехать…
— А с другой — ты обещал командиру вернуться! Дело не доделал и домой?
— Конечно вернусь!
Я знал, что если я дам заднюю, то всю оставшуюся жизнь буду есть себя и чувствовать трусом.
От моих раздумий и споров с самим собой в этот раз меня спасла медсестра, которая позвала меня на капельницы.
Мне ставили магнезию, чтобы привести голову в порядок после контузии, как это делали и наши медики в первый раз. Это давало положительный эффект, но главное было не в этом — за шесть дней жизни в санатории я отмылся, выспался и пришел в себя. Но обстановка всеобщей жалости давила на меня все больше.
«Чем она обусловлена?» — пытался я понять причины происходящего.
Люди сидели в зоне.
