Где после попадания в них пуль и осколков они красиво падают с улыбкой на устах. Настоящая война — это отсутствие какой-либо жалости к противнику, у которого в руках есть оружие. Это оторванные конечности, расплющенные головы с выпадающими из них мозгами, вспоротые животы и обгорелые куски мяса, которые еще десять минут назад были живым человеком. Это вонь от потрохов и разлагающихся тел. Это тела, объеденные животными и домашними питомцами. Война — это убийство и грязь. Но в большей степени обратной стороной медали, о которой в своей книжке писал «Админ», являются чрезмерные чувства: ненависти, страха, тоски, азарта, которые, смешавшись в коктейль Молотова, выжигают тебя изнутри.
Я смотрел, как мои бойцы пытаются по-всякому выбить украинцев из этого подземелья, которое было сооружено еще при старом царском режиме, но им ничего не удавалось. Нам попались крепкие идейные бойцы, которые вызывали уважение и ненависть. По нашим ребятам стал стрелять отчаянный гранатометчик, который выбегал из-за забора автобазы, находившейся в метрах двухстах от этой базы.
Со стороны самого Бахмута беспрерывно работали автоматы и крупнокалиберный пулемет, но это было не страшно, потому что он не пробивал бетонные плиты забора.
— «Констебль», что будем делать? Уже полпятого, а в шесть стемнеет.
— Помнишь, как Сухоруков бандеровцам в фильме «Брат-2» сказал? «Вы мне еще за Севастополь ответите!». А эти нам ответят за то, что людей пожгли в Одессе в «Доме профсоюзов»! Пидоры… — злился я. — Покрышки там есть от машин?
— Полно.
— Берете штук шесть покрышек. Наливайте в каждую по литру горючки, зажигайте и заталкивайте им в их нору, где вход. А все дыры, из который пойдет дым, затыкайте чем хотите.
Когда черный густой дым повалил из разных мест, стало понятно, что подвал был размером с половину футбольного поля. Именно поэтому мы не могли достать их. Наконец, все трубы были перекрыты, и им в последний раз предложили сдаться.
— Пишов на хуй, москаль! — была последняя фраза, которую мы услышали.
К полшестого вечера стрельба из подвала закончилась.
Пацаны кинули жребий, и он выпал бойцу с позывным «Нежеля». Он взял несколько гранат, автомат и с налобным фонариком спустился вниз, когда все догорело. Темнело, и «Нежеля» выглядел как циклоп, который спускается в подземное царство мертвых. Он оглянулся, перекрестился и ушел во тьму. Не было его примерно минут двадцать. Все это время я ходил по помещению и нервничал.
— «Констебль», он выполз. Там все «двести».
— Ну и отлично.
