Рядом с ними стоял «Абакан» и курил, наблюдая за этой картиной. Я вынырнул из траншеи, и Ромка радостно меня поприветствовал.
— Здорово командир!
Следом показался «Крапива» и застыл вместе со мной от вида этой картины маслом. Ему, как профессиональному военному офицеру, все, что было связанно с нарушением дисциплины, было неприятно. Это как железом по стеклу скребло по его военным нервам. Мне стало грустно от того, что даже на моей позиции нет порядка.
— Махновщина, — сквозь зубы процедил командир. — «Абакан» — штраф пятьдесят тысяч рублей за отсутствие часового на посту и неподобающий вид вверенных тебе бойцов.
Пошли, «Констебль».
Некогда уже поздравлять их. До завода мы шли быстрым шагом в полной тишине.
Со стороны Опытного появилась светлая полоска встающего где-то там далеко на востоке солнца. Пока еще было темно, но уже стало легко различать лица и контуры рельефа. При нарастающем с каждой минутой свете стали все более очевидны следы мрака. На обочине шоссе был виден давно разбитый украинский бензовоз, который по ошибке заехал на наши позиции и был расстрелян еще до нашего появления здесь.
Из этого бледного тумана войны стали появляться здания с провалами окон и крыш. Отсюда они напоминали отрубленные головы великанов, превратившиеся в огромные безобразные черепа. Древний бог разрушения и смерти — Танатос — распростер свои крылья над этими местами и ежедневно собирал дань душами, срезая пряди волос с голов погибших. Фрейд утверждал, что в людях постоянно борются две силы: эрос — стремление к жизни и развитию — и танатос — стремление к смерти и разрушению.
Вся история человечества — это непрерывная череда этой непримиримой борьбы.
«В поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят. Ибо прах ты и в прах возвратишься…», — вспомнил я стих из «Бытия»."
"Пройдя последнюю нашу позицию, мы, соблюдая очередность, перебежали шоссе и заскочили на территорию «Рехау». «Фишкарь» спросил пароль и пропустил нас внутрь «Ангара». Мы решили выпить кофе и вызвать «такси» до Зайцево, чтобы командир со своей группой быстрее попал в штаб.
Такси представляло собой культиватор, который наши умельцы из бригады «Сезама» приспособили под доставку и эвакуацию необходимого. Ехал культиватор не сильно быстро, но точно быстрее, чем когда мы пешком передвигались во всем снаряжении. У печки на посту сидел Андрей «Древний» из команды «Баса».
— Кофе или чай будете? — вежливо спросил он.
— Давай кофейку, — присаживаясь, попросил командир.
