Пациентке необходим отдых, если вы немедленно не уйдете, я за последствия не отвечаю.
Как ни странно, на этот раз высокородные подчинились сразу.
— Выздоравливайте, Валерия, — произнес декан, поднимаясь. — Мы еще успеем обо всем побеседовать. Нас ждет долгий, очень серьезный разговор. Главное, помните: вы теперь самое ценное наше сокровище, мы будем оберегать вас, что бы ни случилось.
Торэт не стал говорить громких фраз — просто наклонился и, не обращая внимания на Элистара и целителя, поцеловал. Коротко, жадно, головокружительно сладко и очень по-собственнически.
— Я рядом, — выдохнул отрываясь. — Всегда.
И вышел вслед за магистром.
Из лазарета меня отпускать отказались. Пока."
"На уверения, что чувствую я себя превосходно, пожалуй, даже лучше, чем раньше, у местных эскулапов имелся один ответ. Лучше перебдеть, чем получить выговор от ректора, а от магистра Элистара, бонусом, комфортабельный склеп на ближайшем к академии кладбище.
Целитель — который в первый день усиленно выгонял посетителей и заявлял, что несет за меня персональную ответственность, — вообще неожиданно признался, что он мой верный и горячий поклонник.
То есть, не лично мой, разумеется, а ведьминский, но, поскольку я здесь пока единственная представительница этого таинственного племени, то, получается, что как бы мой. А потом, смущаясь, попросил разрешения меня обследовать…
При этих словах сидевший неподалеку Торэт так яростно зыркнул на несчастного лекаря, что тот даже отшатнулся и тут же поспешил исправиться:
— Изучить…
Еще один свирепый взгляд.
— Понаблюдать и собрать материал. Для монографии. Фух…
Оказывается, бедняга давно мечтал написать книгу о ведьмах. Можно сказать, с детства.
Целителя было жалко, науку, погибающую без его бессмертного труда, тоже, поэтому я дала предварительное согласие, отправила самоотверженного энтузиаста за разрешением к магистру Элистару и пообещала не настаивать, чтобы меня освободили, а честно «отлежать» в корпусе положенное время. Пришлось довольствоваться прогулками по палате, общением с фамильярами, визитами друзей и новостями, которыми они щедро меня снабжали.
— Илайлин отправляют ко двору Владыки. Говорят, он лично проведет расследование, — делился со мной последними сплетнями Ноар.
Они с Йонеттом приходили каждый день — оставляли конспекты и объясняли пропущенные темы. Но разве мог рыжий ограничиться только уроками? Конечно, нет.
— Там целая комиссия собралась. По настоянию главы Лунного Дома.
