Я путалась, отвечала невпопад и думала больше о своих подозрениях, чем о языковой системе староэльфийского. Наконец, магистр Улсэрлин, с изумлением косившийся на резко поглупевшую ученицу, сдался, продиктовал домашнее задание и отпустил меня с миром. Досрочно.
Самое удивительное, Элистар с Торэтом ничего на это не возразили. Лишь проводили хмуро-подозрительными взглядами, а декан еще и прибавил на прощание:
— Ложитесь спать пораньше, Валерия. Вам нужно как следует отдохнуть.
Вот и хорошо.
На ужин я прибежала одной из первых.
Заняла свое место за полупустым эльфийским столом, быстро проглотила все, что предлагали, и присоединилась к друзьям.
На этот раз уйти удалось вместе. Даже почти мирно, если не считать встречи в дверях с Торэтом и его «прекрасной дамой». Эльфийка белым лебедем проплыла мимо, сделав вид, что не заметила меня, а вот высокородный остановился. Внимательно осмотрел нас с Семеном — тот как раз шел рядом — вскинул голову и процедил:
— Думай об учебе, а не о развлечениях, младшая.
— Всегда… — туманно пообещала я.
— Проконтролирую, — заверил Сэм, от чего эйр скривился еще больше.
До дома мы добрались в полной тишине. Закрыли дверь. Переглянулись…
Общую мысль озвучила Алекс:
— Так и знала, что в этой истории есть двойное дно. Помните, что нам пела комиссия там, на Земле? Уникальный шанс… Учеба в магическом мире… Избранные… Слишком ванильно, чтобы быть правдой. Лично у меня всегда имелись сомнения.
Мы с Семеном закивали. Полли, помедлив, тоже прикрыла глаза в знак согласия.
И вновь повисло молчание.
Думаю, в этот момент каждый из нас, так или иначе, вспоминал о том, с чего все началось.
***
Люди всегда мечтали найти собратьев по разуму. На других планетах, в чужих солнечных системах и галактиках. Жаждали. Надеялись. Изобретали новые и новые способы.
«Братья» все-таки обнаружились, но совсем не там, где их так упорно искало человечество.
На одном из островов, затерянных в Северном Ледовитом океане, исследователи наткнулись на межмировой портал.
Вернее, это потом стало понятно, что именно портал и, да, межмировой. А сначала затянутый плотной радужной пленкой провал на стене огромной подземной пещеры окрестили просто — разломом.
Очень быстро выяснилось, что практическая польза от этой находки равняется нулю. Разлом не подавал признаков активности, не закрывался, не уничтожался — хотя были использованы почти все способы.
