Не только в постели, но и в жизни. Но сейчас у нас на первом месте должна стоять работа. Ты сама об этом сказала. Как подпишем контракт…
Он оборвал себя на полуслове и, задумавшись о чём-то, повёл плечом. Закончил слегка натянуто:
— Там и посмотрим.
— Хорошо. Там и посмотрим.
Для меня тоже все происходило слишком быстро и думать о работе — это на, чем лучше всего сконцентрироваться.
Я улыбнулась Леониду.
— Мне правда нужно посмотреть, как там сын.
— Хорошо. Только ты кое-что забыла.
В мгновение ока он оказался рядом со мной буквально в нескольких сантиметрах.
— Ты не поблагодарила меня за завтрак.
Его ладонь притянула меня за затылок, а горячие губы впились жарким и настойчивым поцелуем, который сметал все на своем пути. Я забыла обо всем, стала оголенным нервом в его руках. Кроме них и губ, я уже ничего и не чувствовала.
— Ой, я не вовремя? — в дверях стояла Зинаида. Бедная женщина не знала, что ей делать.
— Доброе утро, — ответил за нас двоих босс, пока я прятала красное от смущения лицо у него на груди.
Мужчина не дал мне отстраниться и, обняв за плечи, повернулся к домработнице. Еще крепче прижал к себе и, не скрывая довольной улыбки, добавил:
— Мы с Асей уже позавтракали. Мне пора на работу, пришлю в обед за вами машину. — Склонился ко мне: — Ты же посмотришь… тот пункт, что меня тревожил?
Подмигнул и, невесомо коснувшись губами моего лба, отпустил. Направился к лестнице, как раздался звонок. Зина нашла телефон босса в холле и передала ему.
Леонид ответил:
— Да, Вить. — Лицо его вмиг окаменело, глаза сузились и полыхнули яростью: — Что?!
Глава 41
Лео
Ещё минуту назад я чувствовал себя самым счастливым человеком в мире, а сейчас, рухнув с небес на жёсткую землю, каждой клеточкой разбитых нервов ощущал дикую боль.
Поймал взволнованный взгляд Аси и с усилием улыбнулся. Она не должна знать… Но при мысли, что на месте Шолова могла оказаться она и маленький Николай, в меня будто раз за разом вонзали кинжал, проворачивая лезвие в ране.
Вырезали часть меня, часть моей жизни, и делал это, как я считал, самый близкий человек.
Снова поцеловал Асю. Моя женщина не узнает ни о чём, я постараюсь оградить её и малыша от прогнившей части самого себя. Сначала проведу операцию по удалению “опухоли”, а потом вернуть. Чистым, пусть и разбитым. Если ещё буду нужен… Если вообще нужен.
Спускаясь к машине, я думал о том, что жизнь совершили чудовищный кульбит.
