К тому же он ей вообще-то должен в жизни кое-что важное, из разряда тех долгов, которые не отдашь ничем материальным.
И он переключился на мысли о делах.
Все! Эта страница перевернута.
Ася смотрела в окно, как отъезжает от подъезда его машина, и испытывала смешанные чувства – глубокой грусти о том, что бесповоротно кончился этот этап в ее жизни, грусти от того, что пришлось расстаться с Семеном, с которым ей, как ни с кем другим, было удивительно весело, легко и невероятно интересно.
Поразительно эрудированный человек, профессионал высочайшего уровня, он умел ее рассмешить с лету, с одного слова, как никто другой, и постоянно учил чему-то новому, захватывающему.
У них совпадал юмор, и с первой же их встречи они сразу и как-то очень гармонично общались в иронично-юморном ключе и оба получали от этого истинное удовольствие.
И, провожая взглядом его машину, выезжавшую со двора, Ася чувствовала такую щемящую печаль по этой их совместной жизни, которая закончилась, потому что уже не будет того подтрунивания друг над другом, того обмена ироничными фразами, той их легкости и искристого юмора.
"
"Это исчезло уже давно, еще до того, как Семен ушел с телевидения. Он перестал замечать все вокруг и ее в том числе, перестал жить нормальной жизнью, весь погрузившись и отдавшись тому грандиозному проекту по смене руководства канала, в котором он принимал участие.
Но, собственно, не в этом дело, случалось, и не один раз, когда он увлекался новым проектом, забывая все на свете – тут было что-то другое, другая интрига.
А Ася… с Асей происходили свои глобальные изменения, свое переосмысление жизни и дела, которым она занималась, и это был довольно болезненный процесс, а Семен этого не заметил и не мог уже ничем ей помочь. Вот они и остались – каждый при своих переживаниях и изменениях в жизни. И с этого началось ее отдаление от мужа.
«Вот такая печалька», – вздохнула Ася и уперлась лбом в холодное стекло окна. Машина Семена давно уже уехала, а она все стояла и смотрела во двор.
Ася не могла бы точно назвать день и час, когда разрушилось их единение, развалилась их семья, но точно помнила, как однажды, придя поздно вечером домой, застала Семена, расхаживающего по гостиной и возбужденно что-то обсуждавшего по телефону. Он настолько был погружен в разговор, что не заметил и не услышал ее прихода, и Ася стояла на пороге комнаты, смотрела на него и вдруг поймала себя на мысли, что он перестал быть ей близким человеком. Все закончилось.
