– Аня! – кинулся к девушке мужик, выхватив ее безвольное тело из рук Ярославцева, не успевшего среагировать и остановить его.
Но тут в эту битву со смертью вступила уже Ася – сдирая с себя дубленку, варежки и теплый большой шарф, она отдавала четкие и резкие приказания.
– Так! Переверни ее на спину! – прокричала она мужику таким голосом, что тот сразу подчинился. – Отойди! – прямо-таки рявкнула на мужика Ася, оттолкнув его от девушки: – Быстро! Василий, умеешь реанимацию?
– Да.
– Так! Ты массаж сердца, я дыхание! – распоряжалась она, опускаясь на колени возле бесчувственного тела, успев отдать еще одно приказание: – Олег! Антона Евгеньевича немедленно в доху, сам оденься и бегом к машине! Согревайтесь! – и посмотрела на Василия, опустившегося с другого бока девушки коленями на лед.
– Ну, начали! – выдохнула она решительно.
Раз-два-три-четыре-пять! – делал Ярославцев массаж сердца утопленнице.
Вдох – вдохнула ей воздух в легкие Ася.
Снова: раз-два-три-четыре-пять! Вдох.
Нет! Не дышит!
Снова: раз-два-три…"
"Они повторяли и повторяли, мужик, виновник всего этого кошмара, стоя на коленях возле них, раскачивался из стороны в сторону, громко выл, кричал и звал девушку по имени, что-то все говорил ей, уговаривал, обещал и клялся в чем-то.
Рядом, тихо поскуливая от ужаса, прижав к груди сложенные замком ладони, плакала потерянная и перепуганная насмерть Юля.
Но Ася с Василием не слышали ни бессвязных молитв и просьб мужика и его дикого мертвенного воя, ни бедового плача Юли.
Раз-два-три-четыре-пять, вдох! – повторяли и повторяли они…
У девушки явственно и совершенно очевидно синела кожа, начиная с области вокруг губ и провалов под глазами, неотвратимо и безысходно накладывая маску смерти на ее симпатичное, молодое и уже неживое лицо.
– Давай!!! – прокричала ей Ася. – Давай!!!
И коротким, сильным направленным ударом саданула кулаком в грудину девушки, пытаясь завести сердце.
И новый вдох!
И снова: раз-два-три…
Мужик выл сзади них все громче, надсадно, отчаянно, пропадая в безысходности…
– А-а-а-а… – просипела неожиданно девушка в тот самый последний момент, когда обменявшиеся понимающими взглядами Ася с Василием уже окончательно поняли, что это все, конец, поздно – не вытащили они ее…
Но все продолжали и продолжали качать и качать сердце и вентилировать легкие, не желая сдаваться и уступать неотвратимой смерти – ну, есть же еще чудо, есть…
– На бок! – прокричала Ася, и они вдвоем резко перевернули очнувшуюся девчушку на бок.
