Сейчас лорд Арасамин был задумчив.
Я поздоровалась, а потом почему-то подошла ближе, нарушая его уединение, присела рядом.
— Лорд Арасамин, я вас давно хочу кое о чем спросить. Позволите?
Он слегка приподнял брови, выражая удивление:
— Слушаю."
"— Не хочу показаться бестактной, только многие ваши близкие связаны клятвой о неразглашении, которую не нарушишь, а мне важно узнать правду.
Лорд Арасамин вздохнул.
— Хочешь спросить о моей дайари?
В его голосе звучала боль. Она оказалась столь сильной, что он не стал ее скрывать, даже не попытался.
— Да. Это не простое любопытство. Есть предсказание и разговор с Араном… Не могу рассказать всего, тоже связана обещанием, но… Ощущение такое, словно мне не хватает маленького кусочка мозаики, чтобы действовать дальше.
— Ари, где ты? — поинтересовался Лир.
— Разговариваю с твоим дядей на веранде. Не приходи. Мне нужно кое-что узнать.
— Хорошо.
Я сдержала улыбку, посмотрела на лорда Арасамина.
— Я понимаю, как это непросто. Когда потеряла Лира, боль едва не выжгла душу.
— Если бы я не желал рассказывать об этой истории только потому, что мне больно, Ариадна!
Он поймал мой взгляд и тихо заметил:
— Мне стыдно. Я мог найти выход, я мог…
— Лир говорил, вы были вынуждены жениться на другой женщине. Этого требовал от вас закон. Ваша дайари ушла, посчитав подобный поступок предательством.
— Наверное, так оно и есть. Я струсил. Не смог противостоять Совету магов, как это сделал Лир. А должен был бороться за свое счастье! Сейчас я бы умер, но не поступил бы так, как тогда.
Не предал бы Эль. Она слишком чуткая, добрая, ранимая. Но у каждого из нас есть грань, переступив которую мы не способны простить.
— Даже, если это — алитэйя?
Лорд Арасамин кивнул и поднялся, опершись на перила.
— Можно долго терпеть, молчать, делать выводы, а потом просто взять и уйти, без слов и объяснений, не прощаясь. Моя дайари так и поступила. И никогда не вернется.
— Лир говорил, она бессмертная, — осторожно заметила я.
— Пройдет время, найдутся силы, чтобы простить. Только… почему вы ее не ищете?
— Я и сейчас не достоин ее любви и света, Ариадна. За слабость нужно платить. У всего есть цена, поверь.
— Есть, — согласилась я. — И любовь стоит столько, сколько вы готовы за нее отдать.
— Тогда я не готов был отдать ничего, — совсем тихо сознался лорд Арасамин. — А сейчас… поздно.
— Нельзя сдаваться!
Лорд Арасамин неожиданно улыбнулся, словно моя вера придала ему сил.
