Судя по их траектории движения, они были хорошо заряжены алкоголем.
— Танька, Танька! Ну, куда ты? — сиплым голосом кричал один.
— Стой! Ну дай, жалко тебе что ли? — проблеял второй, путаясь заплетавшимися между собой ногами и шнурками.
— У тебя же есть. Танька!
В женщине, несмотря на темноту и бьющий мне в лицо свет уличного фонаря, я узнал маму. Это безошибочное чувство — интуиция. Подойдя ближе, она увидела меня и остановилась в нерешительности. Чуть ведро не выронила.
Оба алкаша этим воспользовались и попытались схватить ее… Уж не знаю, чего им было нужно, но этого я не позволю!
Глава 14
Гражданка
Вещевой мешок полетел на землю.
Букет хризантем следом.
— Эй! — крикнул я, шагнув вперед. — Грабли убрали!
Здесь больше никого не было, во дворе относительная тишина. Оба алкаша услышали меня хорошо — потому что среагировали они верно, хоть и не сразу.
— А? Чего? — тот, что был ближе, пошатываясь, отцепился от женщины и повернул ко мне голову. Затем, что-то там проанализировав, а может быть и нет, направился ко мне.
— Солдатик?
— Ты кто такой? — подал голос второй, но при этом не сдвинулся с места.
— Я Громов! — спокойно подошел ближе.
Алкаш попытался ухватить меня за воротник бушлата, но само собой, у него ничего не получилось. И не потому, что я среагировал жестким образом. Просто он наступил на собственный шнурок и загудел вниз, носом в асфальт. Взвыл, заголосил.
Второй, видимо не поняв, что произошло с его напарником, отпустил пальто женщины и несмело выкрикнул.
— Че ты а? Я милицию сейчас вызову!
— Вызови.
Тебе как раз в изолятор нужно! — негромко ответил я, продолжая неторопливо идти к алкашу. — Ну!"
"Выражение лица алкаша изменилось. Там отразился страх. Он повернулся и неуклюже, шатающейся походкой, бросился наутек.
А я, обернувшись, увидел показавшийся позади в проулке желтый милицейский УАЗ «469», с типичной синей полосой на двери. Пару раз мигнули проблесковые маячки. Машина почти сразу же скрылась за углом соседней многоэтажки.
— Максим… — раздался растерянный голос мамы.
Пустое пластиковое ведро из под мусора упало на асфальт. — Ты… Как здесь?
Заметил, что она почти не изменилась, осталась точно такой же, какой я запомнил ее из прошлой жизни.
— Привет мам, — улыбнулся я и зачем-то добавил. — А вот и я.
Получилось как-то наивно глупо, но в голове все перепуталось. Думал об одном, а язык не слушался.
Про второго алконавта я мгновенно забыл. А тот, деловито поднявшись, пнул ногой мой вещевой мешок, побежал прочь.
